Гребень

Сад, в котором в тот день оказалась София, был небольшим, но в нём всё было продумано до мелочей. В центре стояла деревянная, поросшая лианами беседка. Чуть дальше был небольшой мост, под которым располагался пруд с рыбами, лотосами, кувшинками. На территории была выложена дорожка из мелкого, тёмного камня. Неподалёку стоял фонтан, в виде двух бочков. Вдалеке стоял двухэтажный дом с черепичной крышей. Вокруг росли ирисы, лилии, розы. Над белой и розовой мальвой всё ещё жужжали трудолюбивые пчёлы, летали и поздние бабочки.

«Я надеюсь, мастера не разозлит то, что я пришла без приглашения? – рассуждала София вслух. – Если ему это не понравится, вряд ли он станет со мной разговаривать».

Безусловно София хотела поговорить с мастером и задать ему вопрос, который мучил её с тех пор, как она стала единственной обладательницей гребня. Однако заставить мужчину выйти из спальни она не могла; и если он всё же откажется разговаривать, Софии ничего не останется делать, как только вернуться на корабль и покинуть город, так и не посмотрев мастеру в глаза.

Гуляя по саду, София неожиданно заметила старую, очень ржавую клетку, что стояла в земле, неподалёку от пруда. Птиц в ней не было, зато росла белая орхидея. Как только она подошла ближе, София заметила небольшую плиту из чёрного мрамора.

«Похоже на чью-то могилу, – говорила она. – Кому интересно она принадлежит?»

Вскоре в саду появился сгорбленный мужчина в голубом летнем костюме. Опираясь на металлические ходунки (специальную конструкцию на ножках), он всё время смотрел вниз.

Сев напротив и посмотрев мастеру в глаза, София заметила одну очень важную деталь, что с трудом укладывалась в её голове: оказалось, что мастер не видел.

«Меня зовут София, – София немного нервничала. – Прошу меня извинить, но я лишь хочу узнать про гребень, от прикосновения которого из волос распускаются настоящие цветы, а пространство наполняется приятнейшим ароматом на свете.

«Правда, – тихо ответил мастер. – Такого гребня больше нет».

«Но как вам пришла в голову идея создать его?»

«В ту ночь светила луна. Моя первая жена и я катались по реке на лодке. Когда же свет упал на волосы моей Орхидеи, я увидел, как красиво они переливались необычным, серебристо-фиолетовым цветом. Тогда-то я и подумал о гребне».