Грозомоты и грозодети. Часть 1

Блаженно улыбаясь, сытыми нашкодившими котами, которым снова всё простят, они переглянулись – им не показалось, сказка есть! Только как узнать, кто такие грозомоты на самом деле?!

Как вызвать чудо?

– Соня, ты заметила, что они появляются, когда нам угрожает опасность?

Сонины хвостики запрыгали вместе с ней:

– Да-да, я знаю, мы притворимся, и они придут!

– Точно! – подтвердил Вася, схватил сестру за руку, и они бросились на безлюдную полянку.

– Уи-и-и! – затянула страшным голосом Соня, будто её пчела укусила.

С берега прибежал толстый мужичок, постоянно бездельничавший на пляже. Глядя на него, Соня скривила губы:

– Не похож на грозомота.

– Вы что тут устроили? Сейчас сдам вас полиции! – поругался он, вернулся на свой лежак и снова вытянул ноги, выставив выпуклый живот навстречу солнцу.

Дети отошли ещё чуть подальше, и Соня повторила свой протяжный жалобный вой. Вася стоял рядом и старательно зажимал уши, чтобы не оглохнуть от этого ультразвука.

Бац! – и о землю со скоростью света шлёпнулся шарик, отскочил от неё, взмыв в воздух мыльным пузырём, и начал принимать форму крылатого бегемотика.

Соне показалось мало одного грозомота и она повторила «Уи-и-и!» ещё несколько раз, но грозомотов появилось всего четыре. Тут даже Вася взмолился:

– Соня, хватит!

Дети встали, как вкопанные, и наблюдали, что будет дальше.

Грозомоты, приняв окончательную форму и размеры, медленно опустились на землю, задумчиво посмотрели на детей…

– Да, провели, как Тузика, подразнили мячиком… – вполне человеческим голосом сказал один из них.

– Мячики, мячики, я люблю мячики! У вас есть мячики? – запрыгал другой, обращаясь к детям.

– Мячик, успокойся, ложная тревога, разрази меня гром! – громовым голосом сказал третий.

– А я бы съел сейчас мячик! – мечтательно произнёс самый пухлый из них.

– Да ты бы всё съел, кто бы сомневался!

Вася хмыкнул, обращая внимание на себя, намекая, не пора ли познакомиться.

– Я Мотя, – протянул прозрачную лапу первый.

– Мячик! – подскакал второй, оправдывая своё имя.

– Гром, – произнёс третий, и это слово понеслось громовым раскатом по всему лесу, а потом мелкой рябью по воде.

– Бу-у-улка, – протянул четвёртый, пытаясь вместить свою улыбку в пухлые щёки. Он постоянно улыбался широко и довольно, словно кот, объевшийся сметаны.