Грузинские сказки

Мясник, понятно, удивился, что я совсем по-человечьи готовлю есть, и взял меня к себе в дом.

Служил я ему верно, зорко стерёг его дом и семью. Слух обо мне – удивительной собаке – облетел весь город и люди приходили на меня посмотреть.

Заглянул как-то к моему хозяину один богатый купец и рассказал, что дома у него несчастье: кто-то всё время крадёт его детей. Каких только сторожей он ни ставил, всё равно исчезают младенцы.

– Одолжи мне на время твою ученую собаку, – попросил купец моего хозяина, – может, поймает она вора.

Хозяин отпустил меня к купцу.

Как раз в тот день у жены купца родился сын. Всю ночь я был настороже, глаз не сомкнул. Под утро вижу – откуда ни возьмись, крадётся к колыбели горбатая старуха! А мать и няня спят, ничего не слышат. Я бросился на горбунью, повалил её на землю, не дал унести ребёнка. А старуха прошептала мне:

– Отпусти меня, человек, отплачу тебе добром.

Удивился я, откуда горбунья знает, что я человек, и отпустил её.

Наступило утро. Увидел купец, что младенец не пропал, и на радостях навьючил на меня целый мешок золота.

– Иди, – говорит, – неси его своему хозяину.

Я пошёл, да только не к мяснику, а домой, к мачехе. Думаю, может, отдам ей золото, сжалится она надо мной, вернёт мне человеческий облик.

Принёс я ей золото. Засмеялась мачеха, обрадовалась, всё золото спрятала, но так и оставила меня собакой, а в благодарность позволила лежать у порога и обещала хорошо кормить.

Эх, совсем пропала у меня надежда на спасение!

И вот однажды мимо нашего дома пастухи гнали отару овец.

Понравился мне один молодой пастух, добрым показался, я и увязался за ним. Не отогнал меня пастух, даже по голове погладил.

К вечеру мы были уже высоко в горах. Пастухи зарезали на ужин овцу. Своим собакам кинули сердце и печень, а мне только одну кость дали.

Ночью пошёл проливной дождь. Осмелели волки, со всех сторон подступили к овцам. Я один был на страже, не спал. Пастушьи собаки до отвала наелись в ужин и спали мёртвым сном.

А волки всё ближе подходят. Тут бросился я на них – пятерых придушил, остальные разбежались. Словом, спас я в ту ночь овец. Утром ухватил я молодого пастуха за полу черкески зубами и потащил к месту ночного боя, показал мёртвых волков. С того дня пастухи стали обо мне заботится, даже овцу закололи для меня.

Так и стал я пастушьим псом. И вот однажды опустился густой туман, все овцы разбрелись по дальним склонам. Засуетились пастухи, стали собирать отару.