Взломать стихию

По-еврейски как-нибудь. Хозяйку Розой Моисеевной звали, – ответила Тамара.

– Может, найдется еще? Со старичками так бывает – память отказала, ходит где-нибудь… – робко предположил сдающийся Черешнин.

– Ну, ты ж частный детектив, мне мама твоя говорила? Ну, вот и найди сам! – Тамара Николаевна смерила Ивана взглядом, в котором читалось что угодно, кроме уважения. Покачала головой, вздохнула и перевела внимание на Гуляру. – Мужики… Чего только не придумают, лишь бы бабе на шею сесть.

– Что? Это не так… – возмутился Иван.

Тамара играючи заткнула его своей усмешкой.

– Детектив! Щас сдохну!

И пока Черешнин, пыхтя, подбирал ответные слова, успела выйти в коридор и попрощаться.

– Там в коридоре жратва ему и песок, куда гадить, – дала она последние указания. – Бывайте. Будут деньги, семафорьте. Прибегу. Пошла.

Как только за танком захлопнулась дверь, татарская красавица Гуляра, похожая, если не на императрицу, то, как минимум, на принцессу из восточных сказок, попыталась утешить кипящего беспомощным негодованием мужа.

– Да ладно тебе. Ну, вот такая она, что поделаешь, – погладила она по руке супруга. – Это же смешно!

– Да я понимаю, – ответил Черешнин, через силу приходя в себя. – Просто как-то давно мы уже в этой яме барахтаемся. И никак. И этот еще… – Иван кивнул в сторону переноски с безымянным котом. – На работе у тебя хоть все хорошо? Есть приятные новости?

– У меня – то? Полно! – рассмеялась Гуляра. – Новый маньяк в Москве появился.

Подойдет?

Глава 4

Манин и Бочаров

Курировать дело нового столичного маньяка поручили «блестящему профессионалу с внушающим доверие опытом» – Алексею Николаевичу Манину. Было которому при этом едва за тридцать. Но кого в России можно удивить карьерными взлетами «талантливой молодежи», основные таланты которых заключались в породистых родословных? Так было и в случае с Алексеем – сыном Николая Сергеевича Манина, генерал – майора юстиции МВД.

Яблоня, с ветки которой сорвался фрукт, называемый ныне Маниным-младшим, определенно росла на пригорке с крутыми склонами.

Упало яблочко, может и рядом, но укатилось – ох, как далеко! Расстояние в трудолюбии, обязательности, да и в обыкновенной бытовой порядочности между отцом – генералом и сыном – сыном генерала было галактическим.

Манин-старший относился к генералам полу – боевого полу – кабинетного типа, добившимся этой и других регалий приемлемо достойным путем.