Гюро и оркестр

Когда все собрались, вперёд вышел папа Сократа и Авроры и сказал:

– Здравствуйте все! Сегодня у нас большой день, мы празднуем наш первый юбилей. Кто-нибудь, наверное, скажет, что это не бог весть какой юбилей. Один год – невеликий срок. Но этот год показал нам, как крепко мы сдружились в оркестре «Отрада». Вы все прилежно ходили на репетиции, и хорошо познакомились друг с другом. А это главное! Вы ещё помните нашу первую репетицию? В тот раз мы забыли про нотные пюпитры и беспомощно сидели, разложив ноты на коленях, не зная, как дальше быть.

Но дедушка Андерсен нашёл выход. Он сходил к тебе, Эрле, и вернулся с бельевыми верёвками и прищепками. Он протянул верёвки в несколько рядов поперёк зала, и к ним мы прищепками прикрепили ноты. Помните этот случай?

Все засмеялись и принялись вслух вспоминать. Так что Эдварду пришлось обождать, пока они наговорятся.

– В первый день мы затеяли одну игру, – напомнил он. – Вы, наверное, уже забыли?

– Как такое забыть! – улыбнулся Карл. – Мы придумывали разные странные звуки и исполнили, кто во что горазд, пьесу под названием «Мы в Тириллтопене живём».

– Нам было сказано играть как придётся, – сказала Гюро. – Но всё равно что-то у нас получилось.

Все снова дружно засмеялись, но Эдвард, переждав, пока они отсмеются, сказал:

– Я записал это на магнитофон и обещал, что дам вам послушать, когда мы будем праздновать наш первый юбилей.

Все замерли в ожидании. В зале наступила полная тишина, и Эдвард включил магнитофон.

Прослушав запись, все засмеялись и захлопали, и кто-то из оркестра сказал:

– Играли мы кто в лес, кто по дрова, но всё равно было здорово!

– Да, – согласился Эдвард.

 – Кто хочет ещё что-нибудь сказать?

– Я, – сказал Сократ. – Я ужасно проголодался.

Сократ принёс из дома пиццу, а это было его любимое угощение, и ему стало невтерпёж ждать, когда за неё можно будет приняться.

У Гюро были бутерброды с яйцом и сервелатом и какао в маленьком термосе, а в придачу ещё и бутылка лимонаду.

Бабушка напекла вафель на всю компанию, и вот все принялись под разговоры уплетать угощение.

Потом поднялся Оскар, вышел вперёд и сказал:

– Я очень рад, что вы взяли меня в свой оркестр. По-моему, нам всем тут было очень хорошо. Но вот теперь кто-то из молодёжи на время покидает наши ряды. Двое уходят на военную службу, кто-то уезжает за границу учиться в университете. Аллан уже уехал. Он присылал о себе весточку, Гюро?

– Да, – сказала Гюро. – Я получила две открытки.