Гюро переезжает

Повсюду ярко горели фонари и весело светились витрины магазинов. По улицам ходил народ, а Гюро и Лилле-Бьёрн смотрели на всё во все глаза. Бьёрн привёз их к церкви, которая называется кафедральным собором, и тут всё было, как на свадьбе у Тюлиньки. Впереди шли Эрле и Бьёрн, за ними Гюро и Лилле-Бьёрн, а сзади Тюлинька с Андерсеном и Аллан, но никто на них не смотрел. Они сели, и навстречу им хлынули звуки органа. Музыка была такая огромная, что у Гюро появилась чувство, словно музыка пронизала её насквозь. Сначала играл только орган, но потом запел хор, и что бы вы думали он пел?

Он пел ту трудную пьесу, которую разучивала Гюро! Гюро толкнула в бок маму и толкнула Бьёрна и Аллана:

– Это же моя пьеса!

– Правильно, она самая, – сказал Аллан.

 – Слушай внимательно. Они поют, правда, побыстрее, чем получалось у нас с тобой.

Аллан сказал «у нас с тобой», чтобы не обижать Гюро, а то вышло бы, как будто это только Гюро играет медленно. Эрле и Бьёрн слушали, держась за руки. Ведь это был день их свадьбы и всё было так торжественно – музыка, церковь…

Слушали они долго, но вот концерт закончился, и они отправились домой.

– Теперь они рады будут отдохнуть от нас, – сказала Тюлинька.

Но Эрле возразила:

– Нет, нет! У меня дома сварен суп с фрикадельками. По-моему, сейчас всем самое время подкрепиться. Осталось только подогреть.

Суп был очень вкусный. Но тут Гюро так сморило, что Бьёрн на руках отнёс её в кровать. Мама и все остальные зашли к ней в спальню пожелать спокойной ночи, и тут сморило Лилле-Бьёрна.

Хотя Лилле-Бьёрн был гораздо больше, чем Гюро, и тяжелее, Бьёрн и его отнёс в постель на руках. К нему тоже все зашли и пожелали спокойной ночи, а после этого Тюлинька, Андерсен и Аллан ушли домой. Эрле и Бьёрн остались в гостиной вдвоём, и тут Бьёрн сказал:

– Мне всё ещё как-то не до конца верится, что мы и взаправду живём теперь одним домом.

– Однако это истинная правда, – улыбнулась Эрле. – И завтра нас придут поздравлять наши друзья.

Первым наутро объявился совсем уж нежданный гость: это была стиральная машина Эсмеральда из лесного домика. Она приехала на грузовичке, да не одна – вместе с ней в кузове прибыли бабушка и восемь детей, а в кабине сидели их папа и мама.

– Эсмеральда запросилась к вам, – сказала бабушка. – Ей надело стоять у нас без дела, и она мечтает пуститься в пляс.

– Когда она крутит бельё, мы говорим, что она расплясалась, – пояснила девочка Мари.