Дантэ. Сказка об очень странном пингвиненке

Взглянул на папу, но папа закрыл глаза дрожащими крыльями.

Вдруг мама встрепенулась и, упав на брюхо (она упала бы на колени, но колени у пингвинов отсутствуют) взмолилась:

– Позвольте натереть его чёрной жижей, Ваше Премудрие! Я натру его жижей, что выходит из глубины под чёрной скалой! Он станет таким же, как все.

На секунду Великий Магистр задумался, но, насупившись, произнёс:

– После жижи его перья склеятся, и он замёрзнет, а перед этим всех вас перемажет, и вы все замёрзнете, а это опять привлечёт хищников! Не потерплю! Отдать его белому чудовищу!!!

– Чудовищу! Отдать чудовищу! – одобрительно загудела толпа.

Дантэ понял, что ему несдобровать, и замахал крыльями, но мама не успела его покормить, и силы оставили его.

– Чу-до-ви-щу! Чу-до-ви-щу! – продолжала скандировать толпа вдалеке, пока необычного пингвиненка вели с заломленными за спину крыльями к небольшой, почти занесённой снегом яме у самого берега, поодаль от колонии.

Только два силуэта грустно плелись за шумной процессией, не смея приблизиться.

– Прощайте, папа и мама!

Великий Магистр грозно кивнул, и два красивых охранника кинули пингвиненка в темную яму.

Он непременно разбился бы об острые камни, но почему-то плюхнулся на что-то белое и мягкое, хотя это был не снег. Свет, что шёл от входа в морскую пещеру, выходившую в тихую заводь, осветил огромную тушу невиданного в этих краях зверя. Чудовище встрепенулось, резко развернулось и, страшно приблизив огромную пасть к самому клювику Данте, взревело:

– Аааа… ты кто такой?!

Дантэ так опешил, что даже на мгновение засветился нежным медовым светом.

– Ой! – удивилось чудище, которое, как вы догадались, оказалось белым медведем. – Прямо как фонарь у меня в зоопарке.

Медведь потянулся огромными когтистыми лапами к Дантэ и ловко сгрёб его в охапку:

– Мой огонёк, – просюсюкал хищник добрым голосом. Его тёплое, но смрадное дыхание стало последним, что запомнил в этот день потерявший сознание Дантэ.

На следующей день пингвинёнок проснулся от страшного, но полного боли рыка. Медведь сидел у входа в пещеру и жутко выл, схватившись за морду руками.

Дантэ набрался смелости и проговорил:

– Тебе больно?

– Да, – чуть не плача, сказало чудовище. – Опять болит.

Пингвиненок подумал и произнёс:

– А давай я посмотрю, что там у тебя.

Медведь с удивлением взглянул на птицу и сказал:

– Посмотри, если не боишься.

Он лёг и разинул рот до ушей.