Два дундука из сундука

Я отложил книгу, взял таинственную записку и еще раз – с уже бо?льшим вниманием – ее прочитал. Да нет, рука явно не Алешкина. Взрослая рука. И почерк совсем на Алешкин не похож. У Алешки почерк – еще тот. Ни у кого во всем мире такого нет. И никогда не будет.

Да и написано без ошибок. А у Лешки ведь своя орфография. Он даже нашу фамилию на тетрадках подписывал всякий раз по-разному.

Похоже, в самом деле кто-то попал в беду. Кому-то нужна помощь. Но вот – кто это? И где он? Я сначала задумался, а потом успокоился: сейчас приедет папа, мы ему все расскажем, и он сделает все, что нужно.

Он холодно взглянул на меня и ответил маминым тоном:

– Любишь ты ответственность на кого-нибудь перекладывать. И трудности обходить.

Я не стал спорить и демонстративно взял книгу. И показал Алешке заголовок. «Всегда на посту». Он хмыкнул, взял у меня книгу, пролистал, нашел нужное место и упер в эту строчку палец:

– Прочти вслух.

Я тоже хмыкнул и прочитал:

– «Хорошая работа милиции во многом зависит от той помощи, которую ей оказывают сознательные граждане». Это ты? Сознательный гражданин?

Алешка не успел ответить: внизу, под горкой, послышалось чиханье ветерана автомобильных дорог. Мы выскочили на крыльцо.

Машина с трудом взбиралась в горку, ехала все медленнее и медленнее с «каждым шагом».

– Прыгайте! – услышали мы команду Лосева. – Сейчас покатимся. У нас и тормоза старые.

Мама и папа выпрыгнули из машины.

– Держите ее! – опять скомандовал Лосев.

Папа и мама послушно уперлись машине в зад и остановили ее.

– Выгружаемся! – Лосев стал доставать из машины сумки и ставить их рядом на землю. Из одной сумки торчал здоровенный рыбий хвост. Будто там пряталась небольших размеров русалка.

А Митёк все командовал:

– Что смотришь, Серега? Таскай в дом покупки.

– Ты ее удержишь? – папа спросил маму.

– Удержу, – вздохнула мама.

– Я сейчас пару кирпичей принесу, – пообещал Митёк. – Под колеса подложим. Надежнее всяких тормозов.

– Только поскорее, – сказала мама.

Она повернулась к машине спиной, уперлась в нее лопатками, достала из кармана зеркальце и стала разглядывать свои ресницы, которыми папа очень гордился.

Митёк и папа подхватили сумки и поднялись к дому.

– Как съездили? – спросил Алешка.