Два дундука из сундука

– Мошенничество, – сказал папа. – И введение в заблуждение органов милиции.

Но чем дальше шел этот разговор, тем сложнее становилась ситуация. Оказывается, этот Васька с детства мечтал о мотоцикле. Уже давно, лет пятьдесят. И все деньги копил. А его вредная жена Клавдия купила на эти деньги себе шубу.

Васька ее боялся, поэтому смолчал и снова начал копить. Даже свою бензопилу, которой заготавливал на зиму дрова, продал. Но немного не хватало. Вот он и придумал.

– Аферист! – сказал я.

– Дурак! – сказал Алешка.

– Не такой уж он дурак, – возразил я.

– А я не про него, – отозвался Алешка.

«А про кого?» – подумал я.

– Участкового кто вызывал? – спросил Митёк папу.

– Сам Васька и вызвал.

– А заявление о краже кто писал?

– Клавдия.

– Вот! – Митёк поднял палец. – Нужно уговорить Клавдию забрать заявление.

– Бесполезно, – отмахнулся папа. – Железная баба, то есть женщина.

– Нужно послать к ней обаятельного человека, – сказала мама.

– Алешку? – спросил Митёк.

– Его маму, – сказал папа.

Мама открыла было рот, но возражать не стала. Кто ж будет возражать, если его обзывают обаятельным человеком.

– Ты поговоришь с ней по душам, – посоветовал папа.

– Точно! – вскочил Алешка. – И пожалуешься, что тебя заставили два часа грузовую машину с кирпичами на горке удерживать. Женщины любят друг другу на своих мужей жаловаться.

Митёк хмыкнул:

– Откуда ты знаешь?

– От папы с мамой, – не смутился Алешка.

– А что с Василием будем делать? – поспешил папа.

Алешка и тут не растерялся:

– Надо отдать ему мотоцикл. Который в сарае стоит. Пусть порадуется. – И пояснил, чтобы Митёк не расстроился: – Все равно он у вас не заводится. Не жалко.

– А что? – поскреб бороду Митёк Лосев. – Это мысль. Как говорится, устами младенца…

– Мед бы пить, – закончил за него Алешка.

– Я другое хотел сказать, – растерялся Митёк. – Но твой намек понял. Завтра из любимого улья рамочку с медом выну. У меня знаешь какие пчелы?

Ну и тут он начал расхваливать своих пчел.

А про трагическую записку из бутылки никто почему-то не вспомнил.

И про полуживую рыбу тоже.

Глава IV

Гречневый мед

На следующее утро мы выкатили из сарая мотоцикл, подкачали шины.

Митёк оседлал мотоцикл, мама отважно села на заднее сиденье.