Двенадцать прикосновений к горизонту

Такая врунья стала, уму непостижимо. И, главное, врёт даже тогда, когда врать-то вовсе и не нужно, то есть так, по инерции. Скажи, ты часто врёшь родителям?

– Бывает, – признался я.

– А зачем?

– Разные ситуации бывают, – отвечаю я уклончиво.

– А не пробовал вообще не врать?

– Пробовал, – говорю.

– И что?

– Хотите откровенно, дядь Федь? – улыбнулся я.

– Хочу! – воскликнул водитель. – Хочу, Миха.

– Понимаете… – начал я, но осёкся: – Только без обид, ладно?

– Договорились! – сказал Фёдор и протянул мне руку.

– Конечно, – продолжил я, пожав руку водителю, – взрослые хотят слышать от нас всю правду. Но, во-первых, взрослые и сами иногда привирают, а во-вторых, чтобы мы говорили вам стопроцентную правду, мы должны быть уверены, что не сделаем себе хуже.

– Это ещё как? – удивился он.

– Недавно один мой знакомый из нашей школы признался родителям, что несколько раз пробовал курить травку…

– И что?

– Все осенние каникулы дома просидел. Ни в кино, ни гулять, ни даже к девчонке не отпустили.

Вот и говори правду после этого. А ведь родители сами и не догадывались, что он уже курил с пацанами. Понимаете?

– Строгие, наверное, родители? – спросил Федя.

– Слишком строгие, – поправил я. – Так нельзя. Он же больше им ничего не скажет. А вы бы что сделали?

– Блин, – тяжело вздохнул он, – вопрос непростой. Если бы только покурил, это одно. Но тут… эта гадость… Это же… это трагедия для родителей.

– Какая трагедия? Он же сам признался… Зачем было его унижать после этого? Ну, поговорите с ним, объясните, что почём.

Мы не тупицы… Мы всё понимаем. Вы что, думаете, я не знаю, что это такое? Или не понимаю, что это может привести к тяжёлым последствиям? Понимаю. И приятель мой понимал. Но ошибся. Кто не ошибается? Так он сам пришёл и во всём сознался. В результате чуть со своей девчонкой не поругался.

– А девчонка тоже курила? – вздёрнул брови Федя, да так смешно, что я не сдержался и прыснул в кулак.

– Ну при чём тут «курила»? – говорю.

 – Она на все каникулы осталась одна. Подружки с пацанами, а она, как вдова, ходит одна. Ни в кино, ни потусоваться.

– А-а, ты в этом смысле. Ну да, это не совсем «гуд». Тут я с тобой согласен. Хорошо. А вот ты что бы сделал на месте родителей своего приятеля?

– Если честно, ничего.

– Нет, ну это не разговор, – махнул рукой мой спутник. – Как это ничего? Может, ещё по головке его погладить?

– Да, – решительно ответил я.