Двери

 – Вы что-то напутали! Я не принцесса, а обычная девочка! И это никакой не простолюдин, а мой старший брат Володя! Мы сюда попали случайно! Помогите нам, пожалуйста, скажите, как можно вернуться домой, и мы не будем больше вас беспокоить!

– Я ясно вижу, что вы – наша принцесса. И у вас нет никакого брата. А этот юноша, который вас сопровождает – простолюдин! Судите сами: он уже давно достиг возраста, когда всем детям из благородных семей начинают делать улучшающие процедуры: вытягивание, роспись лица и тела, вживление драгоценных минералов.

Даже в самых бедных семьях у детей в его возрасте всегда есть две-три вставки и небольшая роспись! Так что он из самого низшего класса, и для вас позор, касаться его.

Маша ничего не понимала, поэтому заплакала.

– Не плачь, я тебя никому в обиду не дам, – пообещал Володя. А встречающему сказал: – Здесь какая-то ошибка. Моя сестра сказала правду. Она не принцесса, я её с рождения знаю. А я – её старший брат! И живём мы совсем не в вашей стране, а сюда попали случайно! Давайте разберёмся спокойно.

– Ты лжёшь, ничтожный! – возмутился долговязый. – Мне, как Главному Распорядителю, не пристало даже слушать тебя! Но, поскольку принцесса за время своих странствий, как видно, была околдована, и забыла, кто она, пусть твою судьбу решают их венценосные величества. Кстати, кто её околдовал, уж не ты ли?

– Я пионер! – гордо отвечал Володя, – а пионеры не верят в колдовство!

– А я октябрёнок, – вставила Маша.

– Вы должны быть доставлены во дворец! – строго сказал встречающий и направился на берег, где толпа, увидев, что возникли какие-то разногласия, несколько притихла с изъявлениями восторга, так что за барабанные перепонки уже можно было не волноваться.

На берегу их ждали удивительные экипажи: в крохотные коляски (на одного человека) были впряжены ламы всевозможных расцветок. Они были гораздо крупнее той ламы, которая встретила их на лугу. Коляски были снабжены одним большим колесом и двумя маленькими, как в детском трёхколёсный велосипеде.

И ламы, и коляски были украшены так пёстро и обильно, что рябило в глазах.

Маша забралась в поданную ей коляску, Володя к ней присоединился. Долговязый протестовал, говорил, что это неслыханный позор: благородная принцесса в одном экипаже с простолюдином! Но Володя и Маша держались твёрдо, и Распорядитель сдался. Однако он повелел, чтобы коляску прикрыли полупрозрачным пологом.

Процессия двинулась в путь.