Дверь в сад чудовищ

 – Взгляни!

Я подалась вперёд. Внутри серебристым облаком реяла стая небольших птичек, их крылья были словно сотканы из лунного света. Они порхали за стеклом, время от времени царапая его острыми коготками. Крошечные глазки сверкали, как алмазы.

Пол вольера был усыпан сухими ветками, припорошёнными помётом, и белыми перьями. Пташки то открывали, то закрывали клювы, но я не услышала ни писка, ни чириканья.

– Они не издают никаких звуков, – озадаченно заметила я.

– Вольер их не пропускает, – возразил Грифф.

 – У тебя кровь из ушей польёт, если ты услышишь их голоса.

Он постучал пальцем по стеклу.

– Надо надеть беруши, если хочешь войти внутрь. Лучше этих птах не выпускать.

Я шагнула ещё ближе и приложила ладони к стеклу. Оно было прохладным и слегка вибрировало от дюжин голосов, рвущихся изнутри. Теперь я почти различала их, ужасно сожалея, что нельзя попасть в вольер: даже глаза защипало от слёз.

– Лунные птицы просто прекрасны, – вздохнула я.

Много-много часов я провела на болотах, наблюдая за разными животными (от матёрых оленей до мелких полевых мышек), но никогда не видела никого похожего на восхитительных лунных птиц.

Мы двинулись дальше по дорожке, оставив пташек позади. Купол оранжереи перешёл в остроконечную крышу, а чугунные рамы, обрамляющие оконные стёкла, превратились в искусно сделанные цветы и виноградные лозы. Едва я вытянула шею, восхищённо разглядывая их, как в воздух вспорхнула стайка бабочек.

Некоторые были размером чуть ли не с птицу, а другие примерно с мой большой палец. Крылышки отливали серебром, золотом или всеми красками заката – от алого до фиолетового.

Снова стало жарко и душно. Я вытерла рукавом пот со лба, и вдруг на мою ладонь спикировала бабочка с коричневыми крыльями. Я замерла, стараясь не дышать.

Бабочка медленно развернула крылышки, и я заметила два больших глаза, расположенных на чешуйках и строго смотрящих на меня.

Потом крылья дрогнули, и глаза внезапно стали печальными. У меня ком в горле застрял. Этот грустный взгляд оказалось почти невозможно вынести.

Наконец бабочка вспорхнула и улетела, а я очнулась от забытья.

– Да, они могут растрогать, – пояснил Грифф.

Я обратила внимание на то, что изящная голубая бабочка села на глянцевитый зелёный стебель какого-то растения со странными красными лепестками и ворсинками, торчащими во все стороны.