Девочка в клетчатом платке

– Незнакомка, – сказала сидящая впереди нас с Ниной Сергеевной старушка.

– Что, извините? – спросил я.

– Крамской. «Незнакомка». У меня дома висит репродукция, – важно пояснила старушка. – Мой супруг считает, что эта прелестная дама похожа на меня.

– Я вас поздравляю. Но попросил бы… Вы понимаете?! Я ведь рассказываю!

– Что вы, мадам, в самом деле? – поддержал меня мужчина в рабочем, немного грязном комбинезоне, стоявший в сторонке от других пассажиров. – Мне вот ехать далеко. Хоть послушать что-то приличное, а не это наблюдать.

 – Он показал на маленький телеэкран с рекламой перед нашими глазами.

– Узнав, что Крамской уехал в Петербург учиться живописи и стал мастером, Репин решил сделать так же. Он взял все свои заработанные деньги и поехал. Его не сразу приняли. Но он со второго раза успешно сдал экзамены в Академию художеств. И потом он нашел Крамского, который ему помог.

– Сейчас-то, пожалуй, никто не помог бы, – с досадой сказал мужчина в комбинезоне. – Эх! Были люди!!!

– В двадцать четыре года Репин увидел бурлаков на Волге.

Он ездил туда на этюды. На Волге наверняка очень красиво! И он сначала хотел написать рядом с бурлаками дачников, которых он действительно видел в тот день на берегу. Праздные люди и люди, тянущие лямку. Контраст! Но потом он отказался от дачников. Это как раз сделало картину выдающейся. Я это очень понимаю, но не могу сам выразить словами. Можно я опять – из Интернета? Цитату?

– Валяй! – разрешил мужчина в комбинезоне.

– «По словам немецкого историка искусства Норберта Вольфа, картина „Бурлаки на Волге“ произвела сенсацию в международном художественном сообществе, потому что ее автор „монументализировал жанровую сцену, низшую в академической классификации“.

Группа персонажей, помещенная в „экзистенциальный и примордиальный“ ландшафт, напоминает процессию проклятых из „Божественной комедии“ Данте».

– При морде… Что у него? – заинтересовалась старушка, считавшая себя похожей на «Неизвестную» Крамского, которую она называла «Незнакомкой».

– Ну, это я так понимаю, – стал рассуждать я. – Они – бурлаки – похожи на монумент. На памятник. А ландшафт… фон вокруг них – правильно Репин не стал писать дачников! – как будто фантастический. Не из земного мира. И они – бурлаки – как будто олицетворяют всех людей вообще. Не только именно бурлаков, или там строителей, или шахтеров – тех, кто тяжело трудится, – а вообще всякого, любого человека. Бурлаки – это все мы!

– Слово «примордиальный» ты понял верно.