Не заданием редакции единым…

Иннокентий Гоц, на лицо совершенно неприметный, выигрывал краевое первенство как по самбо, так и по шашкам – редкое сочетание способностей. Однако после 1961 года никаких успехов уже не добивался.

Самым уникальным экспонатом зала Кирилл счел бюст красноармейца – несколько лет назад Вальков восстановил его по методу Герасимова по найденным в тайге останкам давно умершего человека. Снимок поместили в газете – и в одной семье по старой фотографии узнали без вести пропавшего в гражданскую войну родственника. Ее копия рядом с подробно описанной историей восстановления и поисков демонстрировалась вместе с бюстом.

Про Черную принцессу Вальков коллегам, конечно, рассказывал. Сожалел, что из-за людского невежества пропал ценнейший экспонат. Но никаких записок о мумии в музее не хранил.

– Полагаю, нашим читателям будет интересно узнать об этом удивительном человеке, – заметил Кирилл. – Пусть и посмертно.

– Будем вам очень признательны, – ответила Мелисса Артуровна и грустно добавила: – Нам очень не хватает Алексея Викторовича.

Похоже, Кирилл Северович, летом он получил какие-то важные данные. В середине августа стал очень задумчив и даже рассеян. И разговоры про мумию прекратил – как отрезало. Я все же поинтересовалась, нет ли новостей про Принцессу. А он ответил с какой-то странной интонацией: «Боюсь, это дело действительно не по научной части, только в другом смысле…»

– Говорят, из-за рассеянности и разбился, – заметил Кирилл.

– Ох, мало ли что говорят… Мы-то Алексея гораздо лучше знали.

Я никак не могу поверить в его неосторожность даже по рассеянности…

Кирилл намекнул, что очерк будет неполным без рассказа о жилище. И директор повела журналиста к неуступчивому брату покойного. В доме старшего Валькова оказалась только его дочь – юная Олеся. Кирилл моментально узнал в прелестной шатенке с милым хвостиком вчерашнюю «писающую девочку». Оказалось, ее родители на днях уехали на отдых к родственникам в Московскую область. Олеся тоже оформила отпуск и осталась на хозяйстве.

Никаких запретов насчет жилища дяди она не получала и охотно согласилась проводить туда московского журналиста. По пути девушка стрекотала без умолку, мило и непосредственно расспрашивая о Москве. Кирилл с улыбкой отвечал.

На двери домика Алексея Валькова висел обычный замок с дужкой. Внутри, несмотря на скопившуюся после смерти хозяина пыль, оказалось довольно уютно. При этом количество книг и папок в шкафах и на полках поражало воображение.