Девочка хулигана

Кожей ощущала, как они скользят по косичкам, по лицу без макияжа и простому платью, которое выбрал отец. Он запрещал мне носить брюки, мол, девочки должны быть девочками. И краситься тоже запрещал – он за естественность. Но здесь, к счастью, сработали мамины гены – без косметики я не выглядела уродиной и не страдала комплексами в этом плане. Хотя, когда смотришь на эффектных королев класса, порой самооценка нехило скачет.

– Садись на свободное место, – классная подтолкнула меня вперед, давая возможность оценить свободные места.

Которых, собственно было всего два. Возле ухмыляющегося мажора и на заднем ряду рядом с тихой девушкой. Туда я и направилась, стараясь не смотреть по сторонам и ежась от очень даже ощущаемых взглядов.

Девушка подняла глаза от учебника, в котором тихо и по слогам произносила английские слова, пытаясь читать транскрипцию. Судя по пролегшим складкам на ее лбу, этот язык явно не ее конек.

Елена еще что-то добавила классу, поручая меня в их дружелюбные объятия, и исчезла из кабинета.

– Ну что ж, Роза, – мягко прозвучал баритон учителя, – может, расскажешь о себе классу?

Робко встала. Снова смотрят. Заинтересованно, как на новую игрушку.

– Я Роза… – выдохнула, поняв, что мой голос прозвучал пискляво и тихо, – я перевелась сюда из другой школы.

– Хорошо, Роза, – учитель подбадривающе улыбнулся, – а с оценками у тебя как?

– Везде пятерки, – не без гордости. Да, я была отличницей, а это не самый легкий труд.

– Молодец, – похвалил меня, – садись.

Сесть на место оказалось огромным облегчением. Скосила взгляд и поняла, что новая соседка меня недоверчиво рассматривает.

– Роза, – я решила начать первой.

– Ксюша, – прошептала, не сводя с меня потрясенных, как по пять копеек, глаз.

Под этим взглядом я занервничала. Не то сказала?

– Что-то не так?

Она словно вышла из оцепенения, мотнув головой. Виновато улыбнулась, тряся своими русыми, легкими волосами:

– Ты извини, – прошептала она, потому что урок уже начался, – просто у меня здесь нет друзей.

– Почему? – Я удивилась. Ксюша не была страшненькой. Милое личико, темные, живые глаза. Разве что это загнанное выражение лица все портило.

Ксюша пожала плечами.

– Я тоже новенькая. В начале года перевелась. Но со мной никто не захотел общаться. Таких, как я, называют серая мышь и обращаются только за помощью в виде домашки. Так что… – она протянула мне мизинец, – Серые должны держаться вместе.