Благословенные монстры

Так что же произошло?

Из-за деревьев появилась Катя. Рука царевны напряженно лежала на рукояти меча:

– Ты не должна бродить тут одна.

– Я справлюсь со всеми чудовищами, которых решит натравить на меня этот лес, – устало ответила Надя.

– Все равно, – тихо сказала Катя. Она смотрела на руку Нади, прищурив глаза.

Может быть, Малахия оказался прав и ее рука была результатом извращенной божественности, случайной наградой за освобождение Велеса. В тот момент она также освободила ту часть себя, о которой никогда бы не узнала, не пролей она кровь ради могущества, как самая настоящая еретичка.

Надя вошла в темную воду, к которой простым смертным не стоило даже прикасаться. Все беды происходили с ней в те моменты, когда она отказывалась от догматов, прививаемых ей как непреложная истина.

Если бы она только знала, что делать со всеми этими откровениями.

– Если я поеду в Камязалов, ты гарантируешь мне безопасность? – спросила Надя. Она была слишком осторожна, чтобы думать, будто ей попадется еще один брат Иван.

Матриарх не будет так снисходительна к ее проступкам.

– Зачем тебе это? – спросила Катя.

Надя искоса посмотрела на царевну.

– Не притворяйся. Я не тот клирик, что был обещан Калязину. Я не могу остановить хаос.

«На самом деле, я только усугубила ситуацию».

Катя усмехнулась.

– Ты уничтожила еретическую магию.

– А еще я виновата в смерти бога.

– И смерти самого худшего из Черных Стервятников.

Надя вздрогнула.

Катя ничего не знала.

– Стервятник убил Марженю, и теперь он мертв.

«Но он убил ее с моей помощью».

Ей надоело быть жертвой постоянной лжи и манипуляций. Она хотела вырваться из-под влияния Маржени.

В небе раздался гром, и Катя подняла голову:

– Ты все еще их чувствуешь?

– Богов?

Царевна кивнула.

– И да, и нет. Они отвернулись от меня и, несмотря на сохранившуюся связь между нами, просто отказываются говорить. Думаю, они… к чему-то готовятся. Неужели падшие боги и правда так опасны?

– Хотела бы я знать, – ответила Катя.

 – К сожалению, у нас в распоряжении есть только расплывчатые – а может, и вовсе бессмысленные – апокрифические тексты. Я не знаю, Надя. Не знаю, что будет дальше, – на ее лице промелькнуло странное выражение. – Ты только что с кем-то разговаривала?

– Нет.

Было очевидно, что Катя ей не поверила.

– Можешь рассказать мне о матриархе? – попросила Надя, на что царевна подняла бровь.