Благословенные монстры

– А что, если я хочу остановить богов, которых освободил?

Пелагея едва заметно улыбнулась, и ее взгляд переметнулся на Малахию. Подперев подбородок руками, он задумчиво смотрел в одну точку.

– Я не думаю, что у меня есть выбор, – сказал он с дрожью в голосе. На этот раз Малахия действительно был в ужасе, а не просто притворялся испуганным ради образа, который больше не мог поддерживать.

– Ты прав, выбора у тебя нет. Но будешь ли ты ставить палки в колеса своему брату или ваши планы совпадут?

– А как же… – начал Серефин.

– Не знаю, – прервала его Пелагея. – Я больше не знаю, какова ее роль в общем замысле. Я думала, что она ведьма, ожидающая своего часа, но нет. Не ведьма, не клирик, не что-то еще. Я больше не вижу нитей ее судьбы. Только ваши.

Серефин не смог удержаться и перевел взгляд на Малахию. Его младший брат заметно побледнел, а затем его лицо омрачилось.

– Она и так наделала достаточно бед, – пробормотал он.

Пелагея склонила голову набок:

– Да, так и есть.

Но разве о тебе нельзя сказать того же?

Малахия не ответил.

– Ничто больше не держится на острие ножа. Вы нарушили равновесие. Велес остался, но куда делись остальные? Как вы думаете, где сейчас Звездан? Зачем ему оставаться в Калязине, если Транавия в таком уязвимом положении?

Серефин сглотнул.

– Они выберутся за пределы Калязина.

– А я вам говорила. Снова, снова и снова. Девушка, чудовище, принц, королева. Их было четверо тогда и четверо сейчас.

Вы отказываетесь играть свои роли, но их все равно должно быть четверо, всегда четверо. Мир погрузился в хаос после рождения бога хаоса, и нет никакого способа собрать осколки, но вы можете попробовать. О, вы можете попробовать. Поте?рпите неудачу или добьетесь успеха – что станет со всеми нами?

– А что насчет богов? – спросил Малахия.

– Так ты мальчик, монстр или бог?

– Я не знаю, – тихо сказал он, покачав головой.

– Нет. Конечно нет.

Как будто это не одно и то же.

Малахия задумчиво потер шрамы на своем предплечье.

– Я так голоден, – прошептал он.

Во взгляде Пелагеи мелькнуло что-то похожее на жалость.

– Он будет только усиливаться. Он поглотит всех. Ты исполнишь свое желание. Свергнешь эту божественную империю. Ты ему поможешь? – Серефин с удивлением обнаружил, что она обращается к нему.

– П-помочь Малахии? – испуганно переспросил он.

Ведьма беспечно кивнула.