Девушка на качелях

Потом Ядвига предложила девушке воды – та не отказалась. И судя по тому, с какой жадностью стала пить, жажда ее мучила уже давно. Значит, из дома она вышла не пять минут назад. И даже не полчаса. Ядвига украдкой осмотрела свою соседку – одета прилично, даже классно. Но длинное пальто в полосах подсохшей грязи, щека расцарапана, в ушах – следы от сережек, а вот самих сережек не видно. Хотя она просто могла их не надевать. Вон у нее самой тоже уши проколоты, но в школу Ядвига сережки носить не любит. Так, надевает время от времени, благо, уши не зарастают.

Соседка облегченно перевела дыхание и отдала почти пустую бутылку девушке. Ядвига посмотрела на остаток воды, но пить не стала. И книжку больше не открывала. Ее сейчас больше занимала неожиданная спутница. А та съела все чипсы, повертела пустой пакет в руках и смущенно сказала:

– Я, кажется, все съела. Извини.

Голос у нее был хороший. Ядвига все голоса делила по этому признаку – хороший и не очень. Так вот, у девушки голос был очень даже неплохой.

Чуть хрипловатый и очень располагающий. И интонация – извиняющаяся – Ядвиге понравилась. Значит, не нахалка. Так, теперь можно и поговорить…

– Ты что здесь делаешь? – спросила Ядвига.

– Не знаю, – растерянно сказала девушка. – Сижу.

Ну, это можно было и не объяснять. Что она здесь сидит – и так видно.

– Меня зовут Ядвига, – продолжила она и в который раз почувствовала неловкость. Каждый раз, когда Ядвига представлялась новым знакомым, они таращили на нее глаза, а потом, в зависимости от степени интеллекта, или дико хохотали: «Что это за имя!» – или вежливо интересовались, с какой стати родителям пришла в голову безумная идея так ее назвать.

Ну не будешь же всем объяснять, что это имя досталось ей от прабабушки-полячки. Прадедушка привез ее из Гданьска после войны. Трофей, как он шутил. Он очень ее любил. И она любила прадедушку очень сильно, как говорили ее родители. Тот тоже был красавец. Тоже – потому что бабушка была необыкновенно красива. Ядвиге, кроме ее имени, в наследство достались ее глаза и руки. Правда, папа говорил, что, когда дочка немного подрастет, то будет очень на нее похожа, но пока она, глядясь в зеркало, так не думала. Мама смеялась и говорила, что после тринадцати лет люди сильно меняются. Так что все еще впереди.

– А как тебя зовут? – продолжила расспросы Ядвига, видя, что соседка сидит в задумчивости. Вообще-то вела она себя странно. И тут девушка испуганно посмотрела на нее и сказала:

– Не знаю.