Дело «Плюх!»

Мало того! Глядя на Флопсон, Майли, Джек и Фридолин тоже разразились буйным смехом. Видимо, уж очень заразительно она хохотала.

Но… неожиданно маленькой панде бросилось в глаза, что, помимо них, никто не смеётся. Она изумлённо огляделась. В воздухе царила звенящая тишина, а все звери стояли неподвижно, испуганно опустив глаза. И только выдра-папа и его малыши укоризненно качали головами и отчаянно махали лапами, пытаясь утихомирить её.

В конце концов Третий не выдержал. Подлетев к маленькой панде, он подёргал её за лапу и тихо прошептал:

– Это же Тортеллини, самый опасный бандит на свете! – Произнеся это, малыш испуганно поёжился и втянул голову в плечи.

И что это было?

Флопсон опешила. Несколько секунд она не могла прийти в себя от изумления, а потом захохотала ещё сильнее.

– Что? – воскликнула она. У неё в голове не укладывалось, как можно бояться эту вязаную шапку. – Ты хочешь сказать, что вот эта карикатура и есть тот пресловутый опасный гангстер Тортеллини? Ты, часом, не шутишь, малыш? – Её сотряс очередной приступ смеха.

Ау! Флопсон схватилась за голову и резко обернулась. Кто-то заехал ей стеблем камыша прямо по макушке.

– Кто это сделал? – возмутилась она, потирая ушибленное место. Наверняка там будет шишка.

– Я, – перед ней невозмутимо стояла толстая морская свинка Спирелли. – Нечего было смеяться. Ничего смешного тут нет.

– Совершенно ничего смешного, – поддакнул голый пёс Спагетти.

– Стоп, а вот это уже откровенное нарушение закона. – Майли, мгновенно перестав смеяться, шагнула вперёд и, заслонив собой Флопсон, возмущённо уставилась на Спирелли.

 – Драться нельзя ни при каких обстоятельствах!

– Вам было ясно сказано, – вмешалась вязаная шапка, которая при ближайшем рассмотрении оказалась кудрявым пуделем. – Хотите сыпать в мою лужу своих зверей – платите! А платить вам придётся очень дорого, зуб даю! Я ясно выразился?

– Слушай, ты, пудель драный, – растолкав столпившихся зверей, Фридолин выступил вперёд и с негодованием посмотрел на гангстера.

 – Этим животным необходима срочная помощь! Сейчас не время думать о цене. Ну-ка давай посторонись. Не то я за себя не ручаюсь. – С этими словами он поднял ведро с тритонами и головастиками и решительно зашагал к луже.

Но бандитская троица с макаронными именами мигом преградила ему дорогу. Глаза их горели такой яростью, что Флопсон невольно вынуждена была признать, что выглядят они довольно опасно.

– Это наша лужа, – сквозь зубы процедил Спагетти.