Дело о похитителе велосипедов

Заснуть он всё равно не сможет, ему будет мешать шум, да и боязно засыпать, когда на улице всё сверкает и грохочет.

Сев в кресло, Даня начал читать книгу. Но сердитый гул ветра, вперемешку с грозным рычанием грома и треском веток, мешали сосредоточиться. И тогда Даня решил позвонить Филиппу. Он знал, друг не спит. Филипп с малых лет боялся сильного ветра, и часто, когда на улице усиливался ветер, прекращал игру и спешил домой. С возрастом страх ветра никуда не делся. И хоть Филипп научился скрывать его от посторонних, провести Даньку ему никогда не удавалось.

Набрать номер Даня не успел. Филипп позвонил ему первый.

– Дань, ты видишь, что творится на улице?!

– Обычный дождь, – как можно спокойнее ответил Данька, вздрогнул от мощного раската грома.

– Это конец света! – кричал Филипп. – Такого сильного ветра я никогда не видел.

– Филипп, просто сейчас ночь, поэтому ветер и кажется сильным. На самом деле он…

– Ты будешь меня убеждать, что на улице отличная погода?

– Не заводись.

Можем поговорить на отвлечённые темы.

– Не хочу я ни о чём говорить, и вообще… зря я тебе позвонил, Данька, во время грозы нельзя разговаривать по телефону. Всё, пока.

– Филипп, подожди…

Но Филипп уже отсоединился и на всякий случай отключил телефон. Ему очень хотелось выйти из комнаты и пойти к родителям, но чувство стыда не позволяло толкнуть дверь и выскочить в коридор.

– Что я, маленький, – убеждал сам себя Филипп. – Данька прав, это обычный дождь.

Но всё-таки чуть погодя, устав бороться со своими страхами, Филипп заткнул уши ватой и забрался в шкаф.

Он просидел там минут тридцать, а когда, открыв створку, высунул голову и прислушался, не услышал ничего, кроме мерного тиканья настенных часов.

Ураган закончился, Филипп ощутил себя самым счастливым человеком на свете. На кухне он выпил две кружки компота, съел три бутерброда, маленькое пирожное и отправился спать.

А утром, сразу после завтрака, Филипп поспешил в деревню. Он уже внушил себе, что велосипед украл Володька, и теперь никакая сила не могла убедить мальчика в обратном.

На улице он столкнулся с соседом-художником, высоким седеющим мужчиной почти двухметрового роста. Максим Михайлович всегда казался Филиппу человеком со странностями. Вот и сейчас, увидев Филиппа, пожилой художник улыбнулся и, не ответив на его приветствие, подозрительно спросил:

– Куда так торопишься, сосед?

– Да так, – неопределённо ответил Филипп.