Дело о пропавшем великане

– Это не объясняет, почему на меня кто-то пялится. Кроме того, снаружи доносится ужасный грохот и дикий визг.

Распахнулась ещё одна дверь, и из своей комнаты вышла волшебная лампа – в солнцезащитных очках и опоясанная детским надувным кругом. Позади неё в колонне по одному маршировали ключи.

– Пойдём омочим ножки в морской водичке, – заявила лампа, весело подпрыгивая. – Ура! Мы в отпуске!

– Погоди-ка, – остановил её Бастер. – А ты не боишься проржаветь?

– Не пытайся омрачить мне радость, – ответила лампа и направилась к лестнице.

Но тут по ступеням, радостно виляя хвостом, взбежал Пончик и, задев «жестянку», отправил её крутиться по площадке. – Ну конечно! – проворчала лампа. – Этот пёс всегда несётся сломя голову!

– Одевайтесь, – поторопил всех Непоседа. – Пойдёмте посмотрим, где мы.

– Минуточку, – сказала Эмили. – Мы кое-кого забыли.

– Кого же? – спросил Бастер.

– Примулу, – напомнила Эмили.

– Буддлея! – пробурчал Непоседа. – Совсем забыл про рыбью кость в горле.

И что мы будем делать?

– В каком смысле? – удивился Бастер.

– Нужно как можно скорее найти Билли Бакла, – объяснила Эмили. – Разве ты не помнишь? Отец Примулы пропал!

– А, вот вы о чём, – вздохнул Бастер. – Для такого детектива, как я, это раз плюнуть.

– Тогда почему же ты не раскроешь это дело? – усмехнулась Эмили.

– Потому что тут нечего раскрывать, – заявил Бастер. – Картина ясная: Билли Бакл встретился с товарищами и загулял. Уверен, что он скоро вернётся. Правда, Непоседа?

Непоседа не был так уверен.

Он только хмыкнул.

– А как он нас найдёт? – не успокаивалась Эмили. – Если ты не заметил – мы переехали.

– Послушай, здесь нет ничего такого, – отмахнулся Бастер. – Будь я на месте отца Примулы, мне бы тоже понадобился длительный отпуск. Многомесячный.

– Его дочери всего шесть лет. Ты в этом возрасте наверняка всё время хныкал, – сказала Эмили.

– И капризничал, – добавил Непоседа.

– Неправда. Я был милейшим ребёнком. В любом случае, мне всё равно, сколько ей лет – она меня раздражает.

Вот увидите – Билли Бакл где-нибудь веселится на полную катушку.

Эмили вздохнула. Порой общение с Бастером очень утомляло.

Дверь гостевой комнаты открылась, и на пороге появилась Примула: нос пуговкой, веснушчатое лицо, волосы заплетены в длинные косички. Она обнимала коврик из овечьей шерсти, который называла «Барашка». Дочка великана была вдвое выше Эмили и продолжала расти прямо на глазах.