Дело о пропавшем великане

Бетти засмеялась:

– Ты была недалека от истины. Мне и сейчас кажется, что это карусель, крутящаяся под вальс.

Накружившись по танцполу, подруги сели выпить чаю.

– Как дела в гостинице? – осведомилась Эди.

– Все номера заняты, – ответила Бетти. – Хотя сейчас там проживает только один джентльмен.

– Да что ты! И он снял все пять номеров?!

– Все до одного.

– Кто же он? – спросила Эди.

– Его зовут мистер Глочепут. Он новый владелец луна-парка «Звёздная вспышка».

 – Бетти понизила голос до шёпота. – Знаешь, подруга, у меня от этого человека мороз по коже.

– Почему?

– Сама не могу понять. В нём есть что-то странное. Всё время оставляет окна нараспашку, и дождь заливается внутрь и портит ковёр. Его уже надо менять. Я очень вежливо сообщила об этом постояльцу, но он только сказал добавить расходы в счёт. А на днях я увидела сидящую на верблюдах чайку – и чуть с ума не сошла от страха!

Гостиница «Русалка» славилась тематическим оформлением спален.

В люксе «Оазис» были занавески с пальмами, ковёр песочного цвета и три деревянные фигуры верблюдов у кровати.

– Эта птица всё загадила – я уже замучилась убирать, – пожаловалась Бетти.

– Похоже, мистер Глочепут просто очень рассеянный человек, – сказала Эди.

– Нет, – покачала головой Бетти. – Здесь что-то другое.

Моррис Флипвинкль начал играть свою последнюю мелодию. В конце выступления он вместе со знаменитым органом уезжал под сцену.

– Пойдём потанцуем, – предложила Бетти.

 – Дальше будет играть этот самодовольный Джонни Кармайкл.

Джонни Кармайкл сменял Морриса на сцене. Никто из постоянных посетителей его не жаловал. А вот Моррис Флипвинкль, без сомнения, был всеобщим любимцем.

Эди наступила Бетти на ногу.

– Ой, – поморщилась Бетти. – Ты сегодня где-то витаешь.

– Это потому, что сегодня штиль, – ответила Эди.

Бетти с тревогой взглянула на подругу. Обычно Эди не говорила загадками.

– Мы живём у моря, а оно часто бывает тихим, – заметила Бетти.

 – Это связано с приливами, фазами Луны и прочими явлениями. Что с тобой? Раньше ты не любила шторм.

– Какая ты недогадливая, Бетти. Я говорю не о море, а о музыке. Послушай – нота до. Я думаю… – Эди замолчала, а расслышать, о чём думает подруга, Бетти не могла.

Из-под пола, откуда каждые десять минут раздавалось громыхание вагонетки, проносящейся по «Пещере призраков», послышался громкий грохот и приглушённый крик.

– Что это? – спросила Бетти.