Ночной поезд

Ты застала нас врасплох, только и всего. Дай нам, пожалуйста, несколько минут переварить услышанное.

Моя сестра рассмеялась:

– Еще бы! Конечно. Ведь речь идет о вас, ребята.

– Нет, – спокойно возразила мама. Никто не имел ни малейшего понятия о том, что творится у нее на уме, так что мы могли только наблюдать. – Речь, конечно, о тебе и, более того, речь о ребенке. И будет чудесно снова иметь в семье малыша.

Я осознала, что все, кроме Оливии, по-прежнему украдкой поглядывают на меня.

Я посмотрела на сестру, и она встретила мой взгляд с триумфом в глазах.

Хотя я слышала, как она плакала (и теперь мне стало понятно почему), и хотя мне было очень хорошо известно, что этой беременности Оливия не планировала, в чем-то она меня победила. И упивалась своей победой.

Я хотела ребенка. Действительно хотела. Как бы ни стремилась я перешагнуть через эту неудачу, все остальное, кроме ребенка, – это лишь запасной план, и всегда им будет.

– Все нормально? – тихо спросил меня Леон.

– Нет, – ответила я.

 – Пойдем выпьем.

Он окинул взглядом стол.

– Конечно.

Я заставила себя сохранять спокойствие.

– Оливия, – произнесла я, – я рада за тебя. Правда рада. Поздравляю. Но сейчас я хочу пойти куда-нибудь выпить. Я также съеду с квартиры. Я уже давно собиралась это сделать, а тебе теперь понадобится больше места.

– Ладно, – пожала она плечами, будто то, на что я так долго себя настраивала, не представляло ничего особенного. Я отвела взгляд. Мне будет видеться ее самодовольная ухмылка независимо от того, ухмыляется она или нет.

– Лара, ты уверена? – уточнил папа. Я уже проверяла, поднявшись, при мне ли сумочка.

– Да.

– Я пойду с ней, Берти. – Рука Леона коротко сжала мое плечо.

– Спасибо, Леон, – кивнул папа.

Мама посмотрела на меня с бледной улыбкой и молча пригубила вино.

Мы вышли на Шарлотт-стрит, где в вечерних сумерках сновали люди. У каждого есть цель, на каждом наглухо застегнутое пальто или куртка и шарф. Тот нежный, теплый сентябрь, стоявший полтора месяца назад, когда я приступала к работе, перешел в бескомпромиссную зиму.

Уже почти стемнело, и светили уличные фонари. Хотя дождя нет, капли воды словно висели в воздухе, увлажняя мои лицо и волосы.

– Сюда. – Леон увлек меня в паб – маленькое заведение, в котором народу много, но не слишком. Мы нашли небольшой столик в углу, и он заставил меня было сесть, а затем направился к бару, не спрашивая, чего я хочу.