Формула от смерти

Я отодвинул свои канцелярские принадлежности с его стороны стола и краем глаза принялся наблюдать за странным одноклассником. Он, разложив на парте свои сияющие новизной вещи, сел и замолчал, погладывая на меня. Я не знал, что от него ожидать, поэтому напрягся и уставился на свою тетрадку.

– У меня есть такая же, – снова прозвучал его голос, еще больше удивляя меня своей непосредственностью, никто из них еще так со мной не разговаривал.

– Что?

Златовласка наклонился и ткнул прямо в середину моей толстой тетрадки.

Она была моим сокровищем, которое я с трудом упросил у Серёжи – одного из старшиков детдома. Она была ужасно толстая для занятий начальной школы, но зато на сером фоне обложки пестрела ярко-красная машина. Сережа сначала отнекивался и говорил, что мне такая “томина” ни к чему, но потом сдался.

– Тетрадка? – не сразу понял я.

– Машина.

Я никак не ответил мальчику, но его присутствие перестало меня напрягать.

– Меня Коля зовут.

– Руслан.

Коля серьезно потянул мне руку, и я ответил.

На следующий день он принес машинку, очень похожую на ту, с моей тетради. А через неделю подарил. Так началась наша дружба.

Когда Коля узнал о том, что у меня нет родителей, то среагировал по-взрослому – серьезно помолчал и сказал: “Одиноко, наверное, тебе”. И после никогда сам не поднимал этого вопроса. И я практически всегда рядом с ним забывал о своей «уникальности». Мне было свободно и легко.

Мы подружились и родители Коли, узнав об этом, договорились с директором детского дома о возможности наших совместных прогулок, а также добились у нее разрешения, чтобы я мог иногда приходить к ним в гости.

И, конечно, все сначала проходило под строгим контролем родителей Коли, но, чем взрослее мы становились, тем спокойнее к моим с Колей отношениям стала относится Людмила Александровна. Она перестала так строго контролировать мои встречи с другом. До тех пор, пока я предупреждал об уходах и до назначенного часа возвращался домой, директор была спокойна за наши встречи. И наша дружба вылезла за пределы школы, начала расти и крепнуть.

Глава 18

– Малыши, я пришла! – голос Гевы звонкий и счастливый. В руках она держит поднос и одежду. – О, ты живой? – она усмехается и подходит ко мне. – Хорошо выглядишь.

Кидает на матрас стопку одежды, рядом на пол ставит тарелку с бульоном, затем подходит к кровати и кладёт на него поднос с оставшейся на ней тарелкой.