Дело об алмазных черепахах

Обещаю, на яхте мы будем болтать с Арти по-французски и Джонни позанимается с ним. Как ты знаешь, Джонни очень силён в математике. А теперь только представь, как обрадуется Бабушка, увидев Джонни. Ты же знаешь, как она его любит!

Камилла задумалась.

– Мамочка, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – взмолилась Вайолет. – Я сделаю всё, о чём ты попросишь, только разреши нам поехать к Джонни!

– Что ж, – вздохнула Камилла, – сначала мне нужно переговорить с Ди Ди. Может быть, она не разрешит Арти поехать на Корфу.

Или он сам этого не захочет…

«Арти? Не захочет? Не смешите меня!» – пронеслось в голове Вайолет. Её друг любил приключения ничуть не меньше, чем она сама.

– И потом, не забывай, что мы хотели взять в Венецию Розу, – продолжила мама девочки. – Значит, её тоже нужно пригласить на яхту. Иначе ей придётся ехать в Италию вдвоём со мной.

– Точно! Роза! – запрыгала от восторга Вайолет. – Вот бы она поплыла с нами!

– Ну ладно, с Розой и её родителями мы тоже поговорим, – улыбнулась Камилла.

 – А теперь вернёмся к вопросу о Венеции. Вчера звонила Бабушка. Она сказала, что во время нашего пребывания там в опере будет выступать Ла Белиссима* (#litres_trial_promo). Бабушка спрашивает, заказать ли ей для нас билеты.

– Ла Белиссима? А кто это? – спросила Вайолет.

– Это знаменитая итальянская оперная певица, – объяснила мама. – Посмотри, в газете как раз разместили её фотографию. Она держит на ней свою ручную черепашку.

– О, точно! Именно так и называется яхта Джонни! – воскликнул Бенедикт. – «Черепаха»! По-итальянски это будет… тартуфа! Нет. Туртыга! Ну или как-то так…

– Тортуга, – подсказала ему Вайолет. Итальянский язык был одним из её внешкольных занятий.

– Верно, «Тортуга»! Браво, Вайолет! – воскликнул Бенедикт, и Вайолет даже покраснела от смущения.

Девочка снова принялась разглядывать фотографию знаменитой оперной певицы. Это была молодая и очень красивая женщина.

Она держала на раскрытой ладони черепашку, панцирь которой был украшен бриллиантами.

– Разве черепахе от этого не больно? – удивилась Вайолет.

– Не знаю, – ответила Камилла. – К сожалению, Ла Белиссима задала ужасную моду. Теперь многие заводят себе черепашек с драгоценными камешками на панцире.

– Не думаю, что кто-нибудь может ответить наверняка, больно черепашкам носить на себе эти бриллианты или нет, – заметил Бенедикт.