Дело об ожившем мертвеце

Я помогу вам искать среди папок.

– Оливер, ты самый лучший мёртвый парень, которого я знаю, – ухмыльнулась я.

– Я единственный мёртвый парень, которого вы знаете, – поправил он.

Оливер снял рабочий комбинезон, сменил его на старый твидовый пиджак, и мы пошли в контору, где я принялась выдвигать из картотечных шкафов тяжеленные ящики с папками.

– Для начала заглянем туда, где была твоя папка, – я нашла ящик с папками на букву «О» и принялась рыться в нём в поисках каких-нибудь следов. –  Ага! – воскликнула я, вытаскивая застрявший между папками маленький предмет, тускло блеснувший в неярком солнечном луче.

Оливер ошеломлённо уставился на меня, но я уже поняла, что никакой это не след и не решающее доказательство, а всего лишь высохшая мёртвая синичка. Подскочил Скелет и выхватил у меня эту птичку.

– Фу, – поморщилась я. – Ладно, продолжаем искать.

Оливер наклонился, вытащил наугад одну из папок и спросил, помахивая ею в воздухе:

– А что на ней написано, мисс Вайолет?

– На этой папке? «О’Коннор».

Ты вообще-то сможешь по виду отличить хотя бы, твоё имя там написано или не твоё?

– Не знаю… – пожал он плечами. – Ведь я, можно сказать, в школу почти что и не ходил. Кроме того, это же вроде как фамилия, а не имя?..

Я хлопнула себя ладонью по лбу и воскликнула.

– Ну конечно! Боже, какая же я глупая! – Конечно, папа же тогда не знал ни фамилии Оливера, ни даже его имени. – Ты же проходил у нас как Джон Доу!

– А это кто ещё? – удивился Оливер. – Я не знаю никакого Джона Доу.

Они что, приняли меня за него или что-то в этом роде?

– Нет, нет, нет. Так называют всех, чьё настоящее имя неизвестно. Папки на таких неопознанных мертвецов папа держит в самом конце алфавита. – Я стремительно бросилась к шкафу, стоявшему рядом с выходившим на улицу окном. – Вот, здесь будем смотреть.

Не задумываясь о том, прилично таким образом вести себя юной леди или нет, я уселась прямо на деревянный пол и выдвинула самый нижний ящик. Находившиеся здесь папки стояли несколько неровно – очевидно, остались в таком виде, после того как в них рылся папа.

А может быть, и не только папа искал что-то в этом ящике.

Ко мне вразвалочку подошёл Скелет и принялся обнюхивать один из уголков ящика, а затем, не успокоившись, заскрёб в нём лапой.

– Что там такое, приятель? – спросила я, а наклонившись ближе и присмотревшись, увидела вылезшую из днища ящика головку гвоздя, а на ней маленький треугольный кусочек чёрного кружева с цветочным узором.