День повелителя пираний

Ловцы, так сказать, в овсе…

Тоска не поняла, эрудированный Буханкин мелко и гадко захихикал.

– Теперь изложу план действий. – Я снял с полки метеорит и принялся его подкидывать. – И настоятельно прошу меня не перебивать. Перебитый я грозен, правда, Тоска?

– Точно, – подтвердила моя компаньонка.

– Осторожнее с артефактом! – пискнул Буханкин.

– Это не артефакт, – поправил я. – Артефакт – это продукт культуры, а это просто камень…

– Неважно, – сказал Буханкин. – Излагай план…

– Значит, действовать будем так, – сказал я.

 – Для начала примем как непреложную истину то, что в нашей реке завелись пираньи. И, судя по наблюдениям нашего проницательнейшего друга Буханкина, эти пираньи растут. За наблюдаемый период времени они увеличились в два раза. Приспособились, значит, к нашим условиям. Задача такова – установить очаг распространения инфекц… то есть пираний. Установить, а затем локализовать. Для этого предлагаю провести следующие оперативно-розыскные мероприятия. Во-первых, надо проверить рыбозавод…

– Какой рыбозавод? – удивился Буханкин.

– В нашем городе есть рыбозавод. Где разводить пираний, как не на рыбозаводе?

– С какой целью? – сразу же спросил Буханкин.

– В мотивировке будем потом разбираться. Главное – проверить. Итак, рыбозавод – объект номер один. Объект номер два – вернее, субъект номер два – рыбак Селиванов.

– Зачем? – посмотрела на меня Тоска.

– Он же псих, – сразу же сказал Буханкин. – Самый настоящий псих, самый закоренелый! У него жуткая мания! Он ловит рыбу и выпускает ее назад, в реку.

Ловит и выпускает. А крупным экземплярам ставит метки с проклятиями…

– С проклятиями? – удивилась Тоска.

– Угу. Берет консервные банки и разрезает их на полоски. А на этих полосках гравером пишет: «Если ты поймал этого голавля, выпусти немедленно! Или будешь проклят проклятием Черной Варвары!» И эти полоски в жабры вставляет. Каждого налима в реке знает в лицо. В морду то есть… Он даже в Новый год на рыбалку ходит…

– На Новый год ходит, а почти две недели у реки его не видно, – вставила Тоска.

 – Мне брат сказал.

– Может, заболел, – предположил я.

– Психи не болеют, – заявил Буханкин безапелляционно. – Только зачем его опрашивать?

– Психи как раз наиболее чувствительны к разным необычностям, – сказал я. – Так что с ним поговорить стоит. К тому же раз он каждую рыбу персонально знает, то наверняка в курсе…

– Я к психу не пойду! – немедленно заявил Буханкин.