Тени. Реки забвения

– Крыша едет не спеша, – проворчал Оуэн, подталкивая Бастиана в плечо. – Давай же, Бастиан, верни кольцо сердца, прежде чем объявится Виктория, – настаивал он. – И предупреждаю тебя – отнесись, черт возьми, со всей серьезностью к задаче, для которой ты рожден!

Задача, для которой он рожден. Бастиан потер затылок и вздохнул. Несколько часов он искал Эбби. Он побывал везде: в ее комнате в общежитии Даркенхолла, в шляпном ателье Флоренс, недалеко от площади Пикадилли и в старом доме ее родителей в Нортфлите. Восход солнца был уже не за горами, но он так и не нашел беглянку.

Даже будь у него кольцо, отследить Эбби по ее плетениям все равно бы не удалось, потому что ее плетения, до сих пор казавшиеся ему такими знакомыми, что он узнал бы их среди тысяч, за последние дни сильно изменились.

– Где же ты прячешься? – пробормотал он, запрокинув голову и глубоко вздохнув. Времени у Скай оставалось все меньше. У него, впрочем, тоже. Он задумчиво соскреб ногтем запекшуюся корочку крови со своего запястья. Прошло уже несколько дней с того момента, как он в последний раз брал плетения.

Голод в нем давно проснулся, но он понимал, что поддаваться ярости нельзя – это опасно и может стоить ему жизни. Еще сложнее будет противостоять голоду, если он найдет Эбби. Он повернул на запад. Небо там стало нежно-фиолетовым, а на востоке багровый шар солнца как раз поднимался над горизонтом. Начинался новый день.

Оставалась еще одна возможность. Последняя. Бастиан наморщил лоб, пытаясь вспомнить адрес, записанный в личном деле Эбби, затем протянул руку к ближайшей утренней тени.

Смотри внимательнее!

Глаза просто горели от усталости. Ресницы царапали нижние веки, как наждачная бумага, и образ спящего кота смешивался с образами, которые то и дело вспыхивали в моей голове. Как же я устала… Будто мчалась на карусели, которая все ускорялась. А перед моим внутренним взором все продолжали проноситься какие-то картинки. Кот, Флоренс, склонившаяся над своей чертежной доской, разрабатывая новый дизайн, ярко-голубые глаза Тристана, его озорная улыбка, которая вдруг пропала, – и вот передо мной уже не Тристан, а его брат.

Серьезный, собранный. Я терялась в синеве глаз Бастиана, мечтала только об одном – чтобы он снова поцеловал. Затем неожиданно появился Оуэн. Он прямо-таки преследовал меня. Мое сердце забилось быстрее, я хотела уйти, но он не отпускал меня. Казалось, он был везде. Передо мной, позади меня, прятался в тенях, которые тянулись за мной.