Дерево желаний. Сказки и истории

Жили, окруженные заботой любимой мамы и дружбой настоящего папы, с которым можно было поговорить хоть о чем, сыграть в шахматы или в шашки, съездить на рыбалку или сходить в поход.

Он часто приходил в эту библиотеку, брал в читальном зале у Елены Ивановны наугад книжку, лучше сказку или приключения, садился в старенькое кресло возле дежурившей на вахте тетушки Нурии, и читал, читал. Почему не в самом читальном зале, а здесь, на вахте? В кресло можно забраться с ногами, свернуться и ощутить себя как бы дома.

Только не того, холодного, а этого – светлого, чистого и доброго.

Вахтерша никогда не прогоняла мальчика. Наоборот, его, как самого преданного библиотеке читателя, часто угощала то конфеткой, то пряником, а то и стаканом чая вместе с конфеткой и пряником.

И он ей помогал, как мог.

Иногда она попросит:

– Я в магазин сбегаю, ты тут подежурь за меня, пожалуйста.

Или.

– Пойду внучку из садика заберу. Ты посидишь пока? Пожалуйста!

Она всегда говорила ему это приятное слово «пожалуйста», как будто он большой и важный, и делает для нее большое и важное.

Мальчик был очень благодарен всем им: и библиотеке за красивые книги, и тетушке Нурие за то, что иногда позволяла ему чувствовать себя хоть кому-то нужным и полезным. И мечтал, что в его жизни однажды все станет по-другому.

В библиотеке часто проходили разные мероприятия: встречи с интересными людьми – один раз даже живой писатель приходил; викторины, приезжали клоуны или артисты из детского театра.

И всегда мальчика звали принять участие, посмотреть и послушать.

Все здесь говорили негромко и вежливо, и мальчик отвечал им негромко и вежливо. Ему нравилась эта размеренность. Она успокаивала и отвлекала от печальных мыслей.

Часто он просиживал в любимом кресле до самого закрытия библиотеки. Добрая Елена Ивановна говорила ему:

– Можешь книгу домой на ночь взять, дочитаешь и принесешь.

И сказка приходила в холодный дом и согревала его.

Вот и сегодня он шел знакомой тропинкой к любимой библиотеке.

По асфальтовой, взрытой корнями старых карагачей, дорожке, к высокой в шесть мраморных ступеней лестнице. Ему и оставалось-то подняться на крыльцо и открыть дверь в мир красоты и тепла.

Он уже занес ногу для первого шага.

И замер.

3. Старичок и овчарка

Перед ним, под огромным деревом, на высоком пеньке сидел белый старичок.

Не маленький как гномик, но и не большой, как великан.