Голубка и ворон

Ее народ молил богов о спасении, о даровании дома, где можно было бы жить свободными от ига тирании, и боги услышали. Аэтиос, их божество-покровитель, владыка солнца и небес, и шесть других богов, отринув свое материальное обличье, с помощью чудодейственной силы вырвали куски земли, вознесли их на небо и даровали своим преданным слугам крылья. Лишь Везевиос, бог огня, отказался жертвовать своим могуществом и остался внизу. Но беснующееся море, стремящееся заполнить образовавшиеся в суше пустоты, потопило его вместе со всей его силой, покарав за жадность.

Лиана пыталась представить мир таким, каким он был прежде, – бескрайней синевой от неба и до моря. Говорят, волны тогда вздымались высоко, точно горы, и даже со своего острова, расположенного на высоте пятнадцати тысяч метров над поверхностью земли, она смогла бы увидеть, как они плещутся, разбиваются и беснуются. Однако бог огня не забыл, что другие божества превзошли его; гнев его вздымался под поверхностью, разрастаясь год от года, пока в конце концов море не нагрелось до такой степени, что стало бурлить и дымиться.

Так появилась пелена тумана, и никто больше не знал, что находится под ней. Вода ли там? Или бесплодная скалистая пустошь? А может, ревущее пламя? Или вообще ничего? Никто не стремился это выяснить.

Никто, кроме Лианы.

Она отчаянно мечтала проникнуть взглядом за Туманное Море, пролететь сквозь его непроницаемую белизну и узнать наконец, что лежит внизу.

Однако это не ее будущее, как бы ей ни хотелось обратного.

Ее будущее начинается здесь и сейчас. Ожидает по ту сторону моста.

– Я, кажется, различаю движение, – едва слышно прошипела Кэсси.

Заморгав, Лиана очнулась от мечтаний, которым не суждено воплотиться в реальность, и сосредоточилась на нынешнем моменте.

– Тогда давай займем позицию.

Кэсси кивнула.

Вместе они спрыгнули с края острова. Крылья удерживали их в воздухе, трепеща от сильных вертикальных порывов ветра. Они не могли перекричать его завывающий голос, да и не пытались.

Всю жизнь девушки только и делали, что ускользали из дворца, чтобы изучить те крошечные участки земли, которые были им доступны, и потому знали их лучше кого бы то ни было. Точно так же, как знали и друг друга. Им не требовалось слов, когда, действуя как единое целое, они неслись в воздушном потоке под край острова, к пещере под небесным мостом, спрятанной за большим выступающим пластом грубой горной породы.