Деревья

Дженни, увидев, что главный из стана поддерживающих «дикарей» выведен из строя, еще больше осмелела:

– Убивали их! Это что же такое? Предки наши позволяли себя убивать этим чудикам?

– Он же сказал, что без этого они бы не выжили, – напомнил ей Оливер. – И кто бы сейчас выполнял священную функцию?

– Ту самую, целесообразность которой молодежь ставит под вопрос? – съехидничала старушка.

– Ставит из-за таких как ты! – вскричал старик. – Всю жизнь дурака валяла, вместо того, чтобы мудрость наживать. А теперь глупостям их учишь!

– Ну хватит вам, хватит, – начала успокаивать старших Мэри.

 – Не хватало еще из-за них поссориться!

– Вот именно, – поддержал ее Патрик. – Велика честь!

Соседи примолкли. На время. У стариков клокотало внутри. Каждый думал о следующих весомых доводах, которые он сможет привести, чтобы укрепить свою позицию. Принять другую сторону, если она будет выглядеть убедительной и подкрепленной доказательствами… Нет – таких мыслей в их разгоряченных головах пока не было. Дженни вспоминала все плохое, что сделали ее роду чудики.

Когда вспоминала – думала, как это приукрасить и эффектно подать, чтобы сразить Оливера наповал. Оливер пытался найти в своей памяти что-то хорошее о тех, кого обвиняло сейчас большинство его соседей. Но спустя некоторое время он бросил это занятие и больше стал задумываться о контратаках. Отчасти к этому его подвигло победное и сияющее выражение лица Дженни. «Эта курица быстрей меня копается в памяти – уже сто фактов наскребла наверно. Еще и сплетница она известная – все всегда первой узнает. Куда мне с ней тягаться, если в ее башке информации просто в наличии больше». А отчасти из-за понимания им того, что злые дела чудиков все равно сильнее ударят по душам слушающих, чем добрые.

– Да они друг к другу посмотри, как относятся, – начала наконец баттл Дженни. – Никакого уважения, никакой любви – животные, да и только.

– Что ты имеешь ввиду? – спросил Оливер. «В спокойствии моя сила – не буду горячиться».

– Да они пользуются неразвитостью своих же братьев и делают на этом деньги.

Всякую дребедень им втюхивают. Все их низменные страсти используют, чтобы нажиться.

– Правда твоя, – Оливер тоже слышал об этом. – Но многие из них работают над просвещением и вырывают своих братьев из лап меркантильных торговцев и производителей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.