Детектив из Пяти домов

– Она, между прочим, хотела ее Павлу насовсем отдать. Но он отказался. Сказал, ему нужна своя брошь. Кстати, сегодня мы ее увидим, – Филин загадочно сверкнул глазами.

Аня тут же хотела все выяснить, но ведущий объявил выход пар. Павел и Ольга вышли на середину паркета. Она была ярко освещена и всем показалось, что загорелись два факела: их костюмы были огненно-желтыми.

– Брошки на груди, – сообщила Аня.

– Это какая-то птица? – спросила Лена.

– Феникс, – ответил Иванцов. – Он сгорает, а потом возрождается из пепла.

Светлана Пригорницкая

Дневник императора

– «Орленок, орленок, взлети выше солнца!» – страшно выпучив глаза, орал дед. – Гришаня, подпевай!

– «И степи с высот огляди», – испуганным фальцетом взвыл девятилетний Гришка, не сводя глаз с кулака, отбивавшего ритм по столешнице.

После третьей стопки дед требовал песен. Петь надо было громко, эмоционально. Иначе следовало наказание. Про орленка допели именно так. Во всяком случае, дед ни разу не нахмурился.

После очередного куплета он провел перед Гришкиным носом открытой ладонью, давая понять, что этот этап развлекательной программы завершен, и перешел на поэзию.

– «Жри ананасы, рябчиков жуй…»

– «Ешь», – прошептал Гришка и привычно втянул голову в плечи.

За несвоевременное вмешательство можно было и затрещину получить. Но сегодня обошлось.

– Чего «ешь»? – удивленно переспросил дед, и даже рука его, потянувшаяся к бутылке, остановилась.

– Ананасы… – Гришка сжался еще больше.

 – У Маяковского… «Ешь ананасы».

– Брехня, – со знанием дела сказал дед и налил все-таки еще стопку самогона. – Владим Владимыч написал «жри», а потом эти ваши интеллигентишки все по-своему переписали. Вот, гляди. Где-то у меня было первое издание…

Дед с трудом поднялся, гулко выдохнул и, покачиваясь, прошел к книжному шкафу. Дверь за спиной скрипнула. Гриша скосил глаза. В приоткрывшуюся щелку пролезла бабушкина голова, повязанная платком в мелкий цветочек.

«Ну как партейный?» – одними губами спросила бабушка. Гришка показал два пальца. Вторая стадия. Может, до плясок сегодня и не дойдет.

Из шкафа вылетело несколько книг, а затем высунулся дед, счастливо потрясая серым томиком Маяковского. Что-то глухо шлепнулось. Гришка перевел взгляд. На полу валялась потрепанная тетрадь.

– А вот они где, пис-с-сульки бур-р-ржуйские, – лицо деда исказила гримаса. Гришка на всякий случай отодвинулся подальше.