Детективы-футболисты. Тайна призрачного вратаря

– Ну что, продолжим собрание? Уже поздно, – предложила Мэрилин.

Снова наступило молчание, а затем Камуньяс сказал то, что изменило всё.

– Мы должны преподать им урок, – сказал он.

– Кому? – испуганно спросила Анита.

– Новичкам? – спросил Восьмой.

Камуньяс смотрел на нас, ничего не говоря. Вид у него был хитрый.

– Китайцам, – сказал он, наконец.

– Почему именно им? – спросил Томео.

– Ну, потому что они крадут у нас работу, – сказал Камуньяс, – и пока мы будем продолжать в том же духе, они присвоят себе всё… А теперь ещё они для полного счастья хотят выгнать нас из команды.

– Вао – хороший игрок, – сказала Анита.

– Невероятно, что ты это говоришь, – возмутился Камуньяс.

– Почему?

– Ну, потому что ты запасной вратарь, и если Вао останется в команде, первой, кого вышвырнут, станешь ты, – сказал Камуньяс.

Это была правда.

Камуньяса могли сделать запасным голкипером. А Аниту исключить. Никто не хотел, чтобы нас выгоняли из команды.

– Ну и что вы предлагаете? – спросил Томео.

– Всё очень просто, – серьёзно сказал Камуньяс. – Предлагаю забросать камнями витрину туристического агентства сегодня ночью.

– Круто, – кивнул Тони.

– Вы оба совсем что ли с катушек съехали? – возмутилась Алёна.

– Мне это тоже кажется неплохой идеей, – заметил Грустный. – По крайней мере, если рассуждать теоретически.

– Если нас поймают, мы отправимся в тюрьму, – сказала Мэрилин.

– Может быть, тогда лучше не надо, – быстро поправился Грустный.

– Не знаю, как вообще можно рассуждать о таких вещах, – вставил Томео.

– Очень даже можно. Согласись, мы все хотим, чтобы они убрались из города и из нашей команды. Но только я осмеливаюсь говорить об этом вслух.

Камуньяс казался очень уверенным в том, что говорил.

– Ты что, всерьёз думаешь, что мы сможем напугать их настолько, что они уберутся из дома? – спросила Анита.

– Э… Может быть, да. Может, нет. В любом случае надо попробовать!

– Я лично не хочу, чтобы они уезжали из города! – сказал я.

– А, нет? – сказал Камуньяс с таким лицом, как будто я только что его предал.

– Нет, – повторил я, – мне вообще кажется, что мы говорим о гадких вещах.

– Конечно, ты, значит, всегда прекрасные вещи предлагаешь. Когда втягиваешь нас в опасные дела, заставляешь шпионить за старшими и красть вещи, – начал горячиться Камуньяс, с каждой минутой распаляясь всё больше. – Тебе, значит, можно. А стоит предложить мне, так сразу «гадкие вещи».