Детство Олеси

Когда я счастлива мне хочется всё делать что мне интересно и не делать то что мне не интересно. И когда так происходит тогда я тоже счастлива. А ещё свобода – это когда можно прыгать по лужам и есть варенья столько, сколько хочется, и не спать до утра. Хотя мама говорит, что потом такая необдуманная свобода быстро ограничится болезнью и больничной кроватью. Я стала разбирать коробку с игрушками. Один мешочек с гирляндами, ватой и хлопушками. А в большом кульке – ёлочные игрушки. Коробка пахла прошлогодней ёлкой. В ней лежали мои друзья.

Вот этот зелёный огурчик, с глазками и улыбкой, – мой друг. А вот это солнышко, жёлтое с веснушками, тоже. А эта Снегурочка и Дед Мороз должны всегда висеть вместе. Я наряжала ёлку, и мне казалось, что я нахожусь не дома, а в другом мире, где живут мои друзья. Там нет дней, ночей. В мире моих друзей всегда один таинственный, сказочный день, который длится вечность. Это у нас на земле один день Новый год, а там, где живут ёлочные игрушки, всегда Новый год. Вот моя любимая игрушка – домик с нарисованными окнами, крышей со снегом и дверью.

– Мечтаешь? – зайдя в комнату и взяв в руки вату, спросила меня мама.

Я пожала плечами. Я не мечтала. Я просто была дома и не дома одновременно. Я слышала, как домик приглашал к себе в гости Снегурочку и Деда Мороза. Мне так захотелось стать маленькой, размером с горошинку, и тоже пойти в гости к домику. Мне казалось, что внутри у него много чего имеется интересного. Наверное, и столик, и печка, и кровать. А на столе самовар и печенье и огурчик с солнышком пьют чай.

В это время мама делала из обычной ваты снежок и разбрасывала его на ветки. А я решила проверить хлопушку. В прошлом году, когда папа хлопал хлопушки, из них сыпались маленькие пластмассовые фигурки животных.

– Бах!! Бабах!!! – это я хлопнула. Мама вдруг подскочила и вскрикнула, как маленькая испуганная девочка.

– Олеся, детям нельзя трогать хлопушки! Это небезопасно!

– А почему взрослым можно? – удивилась я.

Мама пожала плечами и ответила: «Наверное, потому, что они сильно любят своих детей».

Я так и не поняла, почему взрослым можно хлопать, а детям нельзя. Поняла только, что нас, детей, любят. Из новой хлопушки ничего, кроме разноцветных шариков из бумаги, не вылетело. К таинственному и загадочному вечеру с запахом ваты и мандарин добавился запах сгоревшей бумаги. Этот запах добавлял вечеру торжественную солидность и значимость со вкусом небольшого разочарования. Неприятный вкус горечи и досады в горле.