Джатаки

Он похвалил его речь и предложил ему выбрать дар для себя:

«Отшельник Агастья, за твои прекрасные достойные слова я дам тебе все, чего бы ты ни пожелал!»

Бодхисаттва был равнодушен к счастью и наслаждениям бытия и считал неприятным обращаться с просьбами, так как он всегда чувствовал удовлетворенность. Поэтому он сказал Шакре:

«Если ты хочешь дать мне милостивый дар, то я выбираю такой: пусть огонь жадности никогда не проникнет в мое сердце! Ведь он жжет сердца даже тех, кто получил желаемое: супругу и детей, богатство и могущество, и даже больше, чем желал».

Тогда Шакра пришел в еще большее умиление от стремления Бодхисаттвы к удовлетворенности, которое он так ярко выразил своими прекрасными словами. Он снова обратился к Бодхисаттве и предложил ему выбрать еще один дар:

«Отшельник! В награду за твои прекрасные, достойные слова с высокой радостью даю тебе еще дар».

И Бодхисаттва, используя просьбу лишь как предлог, снова дал мудрые наставления о том, как трудно достижение освобождения от дурных страстей:

«Если ты мне предлагаешь желанный дар, то выбираю я ничем не худший другой дар.

Пусть пламя ненависти всегда будет далеко от меня! Ведь оно как враг, овладевая созданиями, может привести к утрате всех богатств и осквернению доброй славы».

Услышав это, Шакра выразил свое изумление: «Прекрасно! О, прекрасно!», и снова обратился к нему:

«За эти дивные слова свои получи от меня еще один желанный дар!»

Тогда Бодхисаттва, чтобы выразить свою враждебность к дурным страстям, ответил, как будто принимая дар:

«О, сохрани меня от несчастья слушать глупца или говорить с ним.

Не дай мне испытать тяжелый гнет совместной жизни с ним! Такой дар я у тебя прошу».

Шакра сказал:

«Без сомнения, человек, попавший в беду, особенно достоин сострадания. А глупость – корень всех несчастий, и потому сама есть страшное несчастье. Так почему ты, столь сострадательный, не хочешь даже видеть глупого – того, кто больше всех достоин сострадания?»

Бодхисаттва ответил:

«По причине его неизлечимости, господин.

Пойми, владыка, если бы глупость можно было излечить, то разве человек, подобный мне, не приложил бы всех усилий ради его блага?

Глупец поступает недостойно, но считает праведным такое поведение, и поэтому стремится других направить на превратный путь. Он не привык к скромности и честному пути. Он гневом закипает, когда ему дают благой совет.

По этой-то причине, от невозможности помочь, сострадательные избегают встречаться с глупым».