Дикие Куры

Бабушка Слетберг совершенно не терпела, когда Шпрота приводила друзей. «Я не люблю чужих в моем доме», – говорила она. А чужими, за исключением Шпроты и ее матери, были все.

Очень уж странной была бабушка Слетберг: она постоянно о чем-нибудь забывала, а еще беспрерывно всеми командовала. Познакомившись с нею, Фрида стала понимать, отчего Шпрота так часто бывала грустной. И такой вредной по отношению к другим – иногда даже к своей лучшей подруге.

У бабушки Шпрота обедала, когда мама водила свое такси днем.

И оставалась ночевать, если мама выезжала в ночную смену.

Много времени на домашние задания или друзей не оставалось: после еды Шпроте часами приходилось то выпалывать сорняки, то чистить от помета курятник. Бабушка Слетберг считала, что дети должны зарабатывать свой хлеб. «В поте лица своего, – повторяла она. – Вот именно, в поте лица своего».

В общем, Шпрота отлично разбиралась и в овощных грядках, и в курицах, и в противных бабушках.

* * *

Дом бабушки Слетберг стоял последним в ряду.

Это было мрачное строение из клинкерного кирпича с узкими, словно прищуренные глаза, оконцами.

В большом саду не было ни клочка газона, ни террасы и почти не было цветов. Зато здесь росло невероятное множество ягодных кустов и фруктовых деревьев. Рядом с ними шла длинная череда чистеньких, заботливо прополотых овощных грядок.

Дальше стояли старый сарай и курятник, выкрашенный в зеленый цвет. К курятнику примыкал большой выгул. Он был огорожен забором из проволочной сетки с зеленой деревянной калиткой.

– Ой, а вот и курицы! – воскликнула Фрида, когда они подошли к садовым воротам. – Их стало больше, чем в прошлый раз?

Шпрота помотала головой.

– Не-а, даже на одну меньше. Бабушка только на прошлой неделе зарезала курицу, чтобы отвезти своей сестре.

Бабушку Слетберг не смогли остановить ни бурные протесты Шпроты, ни ее слезы. Хорошо еще, что она хотя бы не тронула Шпротину любимицу.

– Проклятье! – внезапно воскликнула Шпрота.

Она стремительно распахнула ворота и бросилась к овощным грядкам. – Прочь, убирайся отсюда! – вопила она.

Из-за кочанов капусты испуганно выглянула толстая коричневая курица-несушка. Из клюва у нее еще свисал капустный лист. Увидав мчащуюся на нее разъяренную Шпроту, она с громким кудахтаньем понеслась к выгулу.

– Ну погоди! – крикнула Шпрота и попыталась ее поймать.

Несушка в ужасе заквохтала и лихорадочно заметалась вдоль проволочной сетки.