Диковинные загадки отеля «Зимний дом»

Большинство исследователей считают всю эту историю несостоятельной».

Странно, а? По сути, муж Грацеллы придумал магический ритуал, о котором мы с тобой пытаемся разузнать побольше, а потом Дэмиен Кроули написал о нём в книге! Нам обязательно нужно будет поговорить об этом при встрече.

Ладно, мне пора. О, и не забудь припасти мне парочку флюрчиков. Надеюсь, родители не передумают опять в последний момент, как было на Рождество. Но даже если и передумают, меня я заставлю сюда отправить!

До встречи!

    Фредди

    P.

S. Надеюсь, Лане становится лучше.

    Дай мне знать.

Элизабет здорово ошарашило то, чем поделился с ней Фредди. Впервые она наткнулась на слова «Дредфорское Знание» в письме, которое нашла в номере Селены Химс на позапрошлое Рождество – подписанном просто «Д». И хоть об этом «знании» ей ничего не было известно, было ясно, что это некий магический способ отделить душу человека от его тела, чтобы сохранить и то, и другое, пусть даже и в ослабленном и ожидающем состоянии.

Однако даже после поисков в библиотеке Элизабет не удалось ничего узнать о Дредфорском Знании.

Девочка встала и подошла к окну. Снегопад как будто ещё усилился. Она задёрнула занавески и вернулась к ноутбуку – поискать информацию о ближайших фазах луны. На экране перед ней появилась табличка с датами, и, прикинув кое-что в уме, Элизабет осознала ужасное: третье полнолуние после смерти Грацеллы будет через две недели – в ночь на Пасху.

Она хотела написать Фредди коротенький ответ – о том, что обнаружила, о том, что видела у шахты, о том, как будет рада его приезду, – но ей не хотелось опаздывать.

Элизабет было ужасно интересно узнать, как там дела у Ланы, и она обязана была рассказать Норбриджу про красное свечение, которое как будто видела в снегу у заброшенной шахты.

«И про Дредфорское Знание тоже, – подумала она. – Я расскажу Норбриджу о том, что нашёл Фредди».

Элизабет закрыла ноутбук, встала со стула и отправилась на тринадцатый этаж.

Глава пятая. Чудесные изображения на калейдоскопе плиток

Элизабет постучала в дверь офиса-обсерватории, а услышав изнутри бодрое «Входите, пожалуйста!», проскользнула внутрь.

Комната была маленькой и почти без мебели, зато медный телескоп на стеклянном балкончике выглядел весьма внушительно. Через него Норбридж показал Элизабет всё – от колец Сатурна до горы Арбаза в отдалении, но самым волнующим была статуя Уинифред, матери Элизабет, на постаменте на другом берегу озера Луны.