Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка

Но Мэнни захотел, чтобы его игрушку ПЕРВОЙ повесили на ёлку, поэтому нам пришлось снять все украшения, чтобы он сделал по-своему.

Подобные вещи происходят в моём доме каждый божий день.

Чтобы приструнить Мэнни, мама пока не пугает его Сантой, но я уверен, что ждать осталось недолго. На мой взгляд, это не слишком эффективная стратегия, чтобы держать нас в узде. Ведь, как только Рождество заканчивается, мама теряет рычаги управления.

Понедельник

Накануне Дня благодарения в школе объявили конкурс на лучший слоган, призывающий бороться с хулиганами, а главным призом для команды победителей должна была стать пицца.

Пиццу хотелось всем, и народу было ВСЁ РАВНО, что делать, – лишь бы её выиграть. Две команды девочек из моего класса придумали одинаковые слоганы, и одна команда стала обвинять другую в том, что их идею украли.

Ситуация вышла из-под контроля, и в итоге, чтобы предотвратить масштабную потасовку, пришлось вмешаться завучу.

В этом году в нашей школе только один официально признанный хулиган – Деннис Рут. Уверен, что благодаря плакатам и лозунгам, развешенным по всей школе, он это поймёт.

Накануне Дня благодарения устроили общее собрание, на котором обсуждали хулиганов. Все в зале смотрели на Денниса. Мне стало его жалко, и я попытался его подбодрить.

В этом году в нашей школе Деннис – единственный настоящий хулиган, но в ПРОШЛОМ году у нас их было ПОЛНЫМ-ПОЛНО.

На переменках нас постоянно обижали, поэтому учителя поставили на детской площадке автомат.

На нём была кнопочка, на которую детям нужно было нажать, если им требовалось привлечь внимание взрослых.

В итоге место, где установили автомат «Сообщи учителю», облюбовали хулиганы: они находили там своих следующих жертв.

Учителя говорят, что обзывание тоже считается хулиганством, но я сомневаюсь, что им удастся каким-то образом положить ЭТОМУ конец.

В моей школе дети всё время придумывают друг другу дурацкие прозвища.

Одна из причин, почему я стараюсь в этом не участвовать, состоит в том, что я совсем не хочу, чтобы ко мне пристало такое же ужасное прозвище, как к Коди Джонсону.

Во время переменки в детском саду Коди случайно наступил на собачье дерьмо, и народ стал звать его Какашкин.

И не только дети стали его так называть, но и учителя, и даже ДИРЕКТОР.