Домашний в норе

– Коротколапый? А ну не смей брата так называть? У самого-то шуба тёмная!

– Но нос, лапы, хвост!

– Не важно, он такой же брат тебе, как и Лютик!

Лапы, хвост и нос,

Бегать быстро не дорос,

Когти и шерсть как апельсинка,

Вот моя изюмИнка!

Раздалось из-за кустиков, и появился Шнурок собственной персоной. Он умывался лапкой, как это делают обычно кошки.

– Нескладно, братан! – вставил своё веское слово Уголёк. – И что такое «апельсинка»?

– Хорошее начало! Прямо поэт! Прямо как папа по весне! – кивнула мама-лиса.

 – А теперь помиритесь!

– Чего? – не понял Уголёк. – За что?

– Ты его обидел!

– Я?

– А я и не обиделся, – гордо сказал Шнурок.

– Всё равно! – настояла мама. – Нашли с кем ссориться, родные лисы! Вы же братья!

– Вот ещё! – буркнул Уголёк и убежал.

– Ну, весь в отца!

Впрочем, этим ссора не закончилась. Вредный Уголёк старался задеть младшего братца, всякий раз подмечая непохожесть.

Однако он оставался одинок в своих капризах – никто из лисьего семейства Уголька не поддерживал. Однажды он попытался даже настроить брата и сестёр:

– Он называет тебя обжорой, Лютик!

– Кто этого не знает… У тебя ничего поесть не будет? – ответил Лютик.

– Бегушка, он зовёт тебя неумехой!

– Неправда, он зовёт меня неловкой, но так нежно, что я не обижаюсь…

– Ну а про тебя Вьюшка говорит, что ты плакса!

– Это ты говоришь, что я плакса… – со слезами на глазах ответила сестричка-лисичка.

 – А Шнурок меня любит!

Уголёк даже разозлился – никто его не понимал. И тогда он решил зайти в эту нору с другого хода:

– Пап, а папа. А ты умеешь умываться лапой, а?

– Ну… – подозрительно протянул Красс, краем глаза прицеливаясь к сидящей на рябине сороке. – А что?

– А Шнурок умеет! Но кто его научил?

– Я и научил. Никто ведь не умеет умываться лучше меня!

– А меня почему не научишь? Вот мыши говорят: Один моется, остальные – нет!

– Твою шерсть ничто не сделает светлее! – тяжело вздохнул Красс – сорока встретилась с ним взглядом и улетела по добру-поздорову.

 – И вообще не слушай мышей, это они от злобы! А злобе не место в твоём и без того чёрном сердце!

– Чёрном сердце?

– Но ты всё равно мой отпрыск! Как и Лютик, и Шнурок!..

Тем же вечером папа-лис решил научиться умыванию.