Дори. Заколдованный дуб

Митрофан, словно проснувшись, огляделся, ища глазами маленького потешного незнакомца, но того нигде не было.

– А с этим что делать? – спросил он в пространство, показывая на ларец в руках. Подёргал крышку и убедился в том, что она надёжно захлопнулась, будто заперли её на сотню крепких замков.

Никто ему не ответил. Мужики стали подходить ближе, в свете пожара стараясь рассмотреть ларец. Многие озирались, ища Дори, но маленький странный человечек точно сквозь землю провалился.

Тогда Митрофан осторожно поставил ларец на ближайший пень и отступил от пару шагов. Всё-таки внутри был злобный ведьмин дух, и держать ларец, хоть и крепко закрытый, в руках было боязно.

– Давайте здесь же и закопаем. Здесь жила, пусть здесь и остаётся! – предложил Прохор, показывая догорающее костровище.

– А если кто найдёт? – засомневался Митрофан.

– А мы напишем, чтоб не открывали. Где у нас Митька-писарь? Митька, грамотей, ну-ка поди сюда, – позвал дед Антип.

Митька – худенький кучерявый парнишка, прошёл вперед и с опаской поглядел на ларец.

– А чего писать-то? – спросил он.

– Да, чай, сам знаешь, – ответил ему пришедший в себя Петька. – Чтоб не открывали ни в жисть.

Митька почесал в затылке.

– Мне перо бы… – протянул он.

– А вон у него выдери, – пошутил дед Антип, указав на металлического орла. Все засмеялись, и стало уже не так страшно.

– На вот, ножом, – придумал кузнец.

Митька взял у него нож и нацарапал на крышке ларца большими корявыми буквами: «НИАТКРЫВАТЬ».

– Ну, вот и всё, – с облегчением вздохнул Прохор. – Теперь закопаем – и дело сделано!

– А если всё равно откроют? – всё ещё сомневался Митрофан.

– Тогда пусть на себя и пеняют, – усмехнулся дед Антип. – Мы-то уж точно не откроем. И детям, и внукам накажем, чтобы не открывали.

Разбросав головешки, оставшиеся от ведьминого дома, мужики взялись за лопаты. И вскоре ларец исчез в земле прямо под корнями сухого дуба.

Со страшной колдуньей было покончено.

А что же Дори, куда он делся, спросите вы? Едва дух Цесинды оказался в ларце, гремлин счёл, что его задание выполнено и поспешил вернуться домой той же дорогой, какой и попал сюда – по стволу Огромного Дуба. Он с гордостью доложил Совету-На-Заре, что миссия выполнена, Цесинда обезврежена и заточена в ларец, и получил причитающуюся ему долю славы и признания.