Дорога – это вернуться после

Совсем было отчаялся Цербер, и всё чаще находила на него ярость. В такие минуты никто бы не захотел оказаться рядом с ним, и все прятались или бежали прочь.

Но была среди них одна неугомонная душа – душа погибшего искателя приключений, – которая и после смерти, похоже, не могла обрести покой. Излазила эта душа Царство мёртвых из конца в конец, знала его, как свои пять пальцев, и бывала там, где не бывал даже сам Цербер. И вот что эта душа поведала удручённому привратнику:

– На самом-самом краю Царства мёртвых, так далеко, что любому, кто в тот путь отправится, покажется он бесконечным, есть источник, который берёт своё начало так глубоко под землёй, что вода его холодна, как лёд.

Там лежит разбитое сердце бога, и тот, кто выпьет воды из этого источника, обретёт то, что ему более всего необходимо.

Только напиться той воды может не каждый. Источник этот стережёт большущая старая жаба. Такая старая, что некогда её зелёная кожа потемнела до черноты, а кваканье стало похоже на раскаты грома, а сама она приросла к тому камню, на котором сидит.

Загадывает она всем, кто приходит просить воды, свои загадки. Кто разгадает, получит, о чём просит.

Поблагодарил Цербер любопытную душу и обрадовался.

– Это будет проще простого, – сказала мудрая голова. – Я вмиг разгадаю любую загадку.

– Никто не устоит перед очарованием красивых слов, – сказала голова – ценительница прекрасного.

– Ха, – сказала средняя, злая голова, – пусть только посмеет мне отказать! Я в тот же миг раздавлю её. Ха-ха, как жабу! – и весело рассмеялась.

– Постой! – остановил его голос неугомонной души. – Если убьёшь жабу, в тот же миг обернёшься камнем и останешься стоять у источника, так и не получив, что хотел. Будешь рядом стоять, да напиться не сможешь.

Заворчал, зарычал Цербер недовольно, но делать нечего – и стал он собираться в дальний путь. А дорога-то была и впрямь не близкой, такой, что ни за день, ни за два назад не обернуться. И не мог Цербер самовольно, без высочайшего дозволения Аида пост свой так надолго без присмотра оставить.

Тогда склонил он все три свои головы перед хозяином и попросил о милости. И, верно, велика она, мудрость богов, глядящих далеко за обозримые пределы дней, лет и судеб, но отпустил Аид ему столько дней, за сколько старая луна помолодеет. И Цербер отправился в дорогу.

А вам, наверно, интересно знать, от чего разбиваются сердца богов. А дело всё в том, что каждый бог творит мир и созданий в нём, мерилом всего используя своё сердце.