Достояние павших

Конечно, если тебе собственная жизнь все-таки дорога. Хотя старость, судья, – как старый конь. Овес жрет, а от седла прогибается.

– Кто ты? – заорал судья, ударив сапогом в тяжелую дверь.

– Тогхай, – раздалось где-то и здесь, и не здесь, и как будто в головах сразу и у Клокса, Мадра и Дойтена, и из-под опрокинутого котла, и из оскверненного дымохода, и из-за двери, закрытой на засов.

– Кто? – не понял Клокс.

– Узнаешь, – раздалось чуть слышно, и за стенами все стихло.

– Ушел? – спросил Дойтен.

– Боюсь, что мы узнаем это только утром, – снова растянул губы в бледной улыбке Мадр.

 – Или хочешь выглянуть и посмотреть? Если кому до ветру надо, пожалуйте в конюшню. Я, к примеру, дальше не ходок.

– Что это значит? – спросил Клокс, отойдя от двери.

– До утра мы доживем точно, – зажмурился Мадр. – И меня это вполне устраивает. А пока нам придется довольствоваться компанией двух трупов. И знаешь, Клокс, удивительно, но я совершенно не хочу есть! А ты, Дойтен?

– Нет уж, – сглотнул Дойтен.

– При чем тут жратва? – сплюнул Клокс. – Что думаете?

– Не только мы посланы сюда, – пробормотал Дойтен. – Я не знаю, что случилось в Дрохайте, но, похоже, что это интересует не только Священный Двор.

– С чего ты взял? – открыл глаза Мадр.

– Тогхай – не имя, – объяснил Дойтен. – За Черной грядой – дирги там или еще кто – так называют посыльного.

– Посыльного? – удивился Клокс.

– Особого порученца, – прошептал Дойтен. – Переговорщика, устроителя, примирителя или тайного убийцу.

Избранного. Того кто торит путь. Пробивает и метит дорогу. И ветер тоже так называют. Ветер с запада. А еще духа, демона, которого выкликивает в танце шаман. Того, что за людьми присматривает. Его так и зовут иногда – соглядатаем.

– А ведь это была его магия, – проговорил, снова закрыв глаза, Мадр. – И он мог выкурить нас отсюда, как бортник пчел из дупла.

– Но не сделал этого, – кивнул Клокс и вновь посмотрел на тушу. – И гибель огромного зверя, которого он назвал хорошим воином, менее важна для него, чем то, что стряслось в Дрохайте.

Интересно, о каких общих знакомых он упоминал? Значит, говоришь, за Черной грядой? Шипы-то ведь тоже оттуда родом?

– Угу, – буркнул Дойтен. – С другой стороны, до Нечи больше двух тысяч лиг. И шипы не диргские. Хотя там и без диргов полно погани, не к ночи будь она помянута.

– Что же все-таки стряслось в Дрохайте? – вдруг засмеялся Мадр.

Зубы его явно стучали друг о друга.

– Не помню, – удивился Дойтен.