Достояние павших

Помнишь, как охранника главного храма придавило деревом во время урагана? Спину ему перебило? Мы еще с Мадром относили его в мертвецкую, когда он преставился. У него тоже губы были изгрызены. Может, и язык, я не проверял. Спросил у лекаря, в чем дело. Тот сказал, что умирал охранник тяжело. Присадило так, что он даже пальцем не мог шевельнуть, крикнуть от боли был неспособен, только и мог, что глазами хлопать, да собственные губы грызть. Не хотел бы я так сдохнуть…

– Лекаря тут нет… – пробормотал Клокс. – Или есть, но, насколько я понял, никто его не звал.

К мертвому лекаря не зовут обычно. Вот же погань, как бы не завязнуть здесь. Может и в самом деле? Описать это чудовище, да двигать к дому? Нет, нельзя так… Надо найти убийцу…

– Чего они ждут от нас? – потер глаза Дойтен. – Уже все головы открутили в нашу сторону. Ты посмотри, вон у того лупоглазого, у которого клык из-под губы торчит, сейчас глаза лопнут, как он их таращит! Как сели за стол, так он не отвел их ни разу! Чего им надо? Чего они хотят?

– Покоя, – пробормотал Клокс, потягивая вино из медного кубка.

 – Думают, что развлечений, но на самом деле покоя. Как крестьянин, который, сидючи в телеге, проклинает ухабы и ждет не дождется, когда лошадь дотащит его повозку до мягкой и привычной грязи.

– И застрянет там, – ухмыльнулся Дойтен.

– Для того мы и здесь, – вздохнул Клокс. – Чтобы не застрял.

– Зачем нам его убийца? – спросил Дойтен. – Ясно же, что, не убей он этого нюхача, сам бы жертвой стал. И еще неизвестно, живым бы его положили в тот мешок или мертвым? Зачем он нам?

– Не знаю, – задумался Клокс.

 – Пока для ясности, а там как пойдет. Я ведь читал в храмовых уложениях о подобных тварях. Копался в древних свитках. Ты даже представить себя не можешь, какие сказки там иногда попадаются. Особенно если рукописи помечены храмовой меткой – сомнительно, не подтверждено, нет свидетельств. Об этом чудовище там было сказано, что подобная тварь должна быть создана не собственной волей.

– То есть? – нахмурился Дойтен.

– Сей образ есть искажение природы имни или издевательство над замыслом творца, если таковым считать человека, – сплел короткие пальцы Клокс. – Да, так и написано в уложении. И добавлено, что частичное обращение доступно лишь высшим имни, именуемым фирами, пусть даже далеко не все из них способны к обращению, либо тем, кого натаскивает могущественный колдун, лелеющий особо опасные замыслы.

– Значит, колдун? – нахмурился Дойтен.