Достояние павших

– Не более, чем все женщины, – улыбнулась она в ответ и поднялась, давая знак, что разговор окончен.

– Зачем ты так со мной? – застонал тогда Клокс, который в то самое мгновение понял, что если даже и увидит еще раз Сничту, никогда не будет так близко от нее. – Зачем ты дала мне возможность ощутить тебя? Зачем мне эта боль?

– Это не боль, – ответила она, прежде чем оставить судью. – Это счастье. Ты поймешь.

Клокс понял. Он это понял уже той же осенью, вернувшись в Тимпал, но заехав через несколько лет уже вместе с Дойтеном в Граброк и получив там известие о беде в Дрохайте, понял еще раз.

Понял, что все эти годы жил с ощущением счастья, которое однажды обратило на него взор. Святые угодники, как мало ему, оказывается, надо было, чтобы встретить старость? Или же эта боль никакое не счастье? Отчего же она так сладка?

Узнав, что Сничта хочет переговорить с Дойтеном, он даже и не думал ревновать усмирителя к ней. Как не думал ревновать к ней и Байрела. И ее детей. И главу общины рыбаков Фуара, который по слухам тоже сходил с ума от Сничты и слыл бешеным из-за этого или еще по какой причине.

И весь этот город. Дрохайт был отдельно, она была отдельно. Правда, сам Клокс был бы готов отдать жизнь за звук ее голоса или взгляд, но слишком ясно осознавал, что цена его жизни в сравнении с ее взглядом и голосом подобна горсти мелкой монеты, которая оскорбительна и неуместна. Поэтому он встал из-за стола, чтобы не встречаться с нею еще раз, да и с Райди в самом деле стоило переговорить, хотя и голова уже гудела, и в глазах поднималась какая-то муть, и колени дрожали и отзывались ноющей болью при каждом шаге.

«Старость, – подумал Клокс, наткнувшись на взгляд одутловатого зеваки, из-под губы которого торчал клык, и тут же добавил про себя. – Но лучше такая старость, чем вот такая молодость. Майстра, мать ее…»

– Господин судья, – прямо перед Клоксом образовался взмыленный остроносый чернявый мальчишка. – Я Казур. Здешний слуга. Господин хозяин с отрядом прибыли. Ждут вас у себя.

Как и раньше. В его комнате. Я отведу вас. Райди уже там.

– Не нужно меня отводить, – пробурчал Клокс, чувствуя, что недавний его хмель как будто развеялся или обратился в усталость. – Я помню, где покои твоего хозяина. Ты лучше скажи меня, парень, что это за… человек был? Я про того, что в капюшоне. Которого убили. Ты же, вроде, подавал ему что-то?

– Жаркое, – внезапно побледнел мальчишка, словно пережитый ужас нахлынул на него снова. – Но он рассчитался.