Драконье сердце, или Волшебные приключения Жени в стране дракона

– Есть будете? – спросила бабушка.

– Я буду! – тут же откликнулся Санька.

– Ты только что бургер ел! – влезла Женя.

– Ну и что, что ел? – возразил брат, – я всегда есть хочу!

– Фу, бургер! Какая гадость! – бабушка сморщила носик. – У меня есть картошечка, огурцы, варенье из малины и сырники – всё своё, свежее, не эти ваши бургеры неизвестно из чего… Ну, в общем, вы, ребятки, ужинайте, а я пойду посмотрю сериал.

Бабушка ушла, а ребята сели есть вкусные хрустящие огурчики с картошкой и пить чай с сырниками.

– Ты, Сашка, что делать будешь? – спросила Женя у брата.

– Я, наверное, сейчас поиграю на телефоне и спать лягу пораньше, – пробубнил он. И добавил: – Тут, на природе, спать всегда охота.

Женя не могла не согласиться с Сашкой, потому что в 9 вечера чаще всего ее клонило в сон, а на свежем воздухе особенно.

Придя в комнату, Женя начала разбирать свои вещи и раскладывать их по полкам. Вытащила из коробки свои новые коньки и, полюбовавшись, положила их на место.

За этим делом Женя не заметила, как пришло время готовиться ко сну. Девочка взглянула на старые часы, которые висели у нее в комнате, и поняла, что устала.

– Ничего себе! Уже одиннадцать почти.

Она спустилась на нижний этаж, пожелала спокойной ночи бабушке и заглянула к брату, но тот уже спал, так и не раздевшись, на своей кровати. Мопс громко храпел с ним рядом.

Женя вздохнула:

– Во как разморило-то!

И тихо закрыв дверь, ушла в свою комнату.

Заснула девочка очень быстро. Ей снились пальмы, солнце и море, и как она, легко скользя, катится по синей глади волн на своих коньках, выписывая причудливые пируэты, делает прыжок и уходит под воду. Холодные капли попадают ей в лицо.

– Бррр! – и Женя вскочила. Как оказалось, форточка в комнате была открыта, и холодный ветер подул прямо на нее, заставив проснуться и открыть глаза.

– Вот ведь ба, а! – Женя недовольно возмутилась. – Что за привычка – вечно в доме проветривать, и так зима, мороз, а она еще и форточки плохо закрывает.

Женя подошла к окну, закрыла форточку и посмотрела на заснеженный зимний пейзаж – вдалеке виднелась река с отблесками синих искринок на замерзшей глади воды. Свет фонаря горел сиротливо, озаряя всё вокруг: даже на одинокой лавочке, которую когда-то сколотил Женин дедушка, блестели снежинки. Аркадий Иванович считал, что людей помнят по их поступкам.

– Вот, Женя! – говорил дедушка.