Другая земля. Пианистка

Но слухи не подтвердились, когда хозяйкой Минтараля, Эйлин Кайрен, было объявлено о том, что Валерия Киффен – чудом спасшаяся от разбойников дочь от первого брака с герцогом Генрихом Принарри. И Великое Благословение Духов распространилось и на Тариссу, и на Валерию. Отныне, по Высочайшему распоряжению Верховного шамана, Валерия-лесовичка именуется Миранда-Валерия Принарри.

Но кое-кто не был согласен с этим распоряжением…

Стрела со свистом вырвалась из тетивы, пронзив воздух, и упала на траву в нескольких шагах из девушки.

Она даже не достигла заветной цели.

– Проклятье! – выругалась Тарисса, бросив лук на зеленую траву.

Трава была заботливо скошена на поляне, где сегодня тренировались две девушки.

– Внимательнее, сударыня! – едва сдерживаясь, процедил сквозь зубы преподаватель.

Преподавателя стрельбы, в прошлом меткого стрелка из личной охраны Корригана, именовали Пахакаром. Средних лет мужчина, глаза его были редкого оттенка синего цвета. Лишь большой рот на его правильном лице заметно выделялся.

Но он предпочитал носить клиновидную бороду, которая скрывала недостатки. Одет он был в кожаный черный костюм, который носили все служащие при дворе Великого шамана Лиама. Отставной военный, Пахакар учил сына шамана азам стрельбы из лука и метанию железных звёздочек. Он поговаривал, что любой уважающий себя мужчина должен владеть этими искусствами хотя бы для того, чтобы защитить себя или женщину. Теперь же он с видимой неохотой давал рекомендации Тариссе по стрельбе из лука. Он скрипел зубами, всякий раз, когда Тарисса, следуя его инструкциям, выпускала стрелу, но не попадала в выбранную цель. Стрелы либо падали, не успев вылететь из лука, либо перелетали за круг, либо попадали в край тренировочного круга.

Топнув ногой со злости, Тарисса, дернула головой, заправив за ухо выбившуюся прядь волос. Девушка закусила нижнюю губу, прищурила глаза и долго прицеливалась.

– Не спешите, сударыня, сосредоточьтесь. Держите себя в руках. Вам не идет злиться! Расслабьте руку, вот так, – едва сдерживал свое недовольство Пахакар.

Он хмурил брови, периодически почесывал подбородок, когда оценивал результат стрельбы девушки.

– Когда будете готовы, стреляйте, – сказал он, прищурив глаза.

Тарисса же шумно выдохнула и сжала губы. Дернув рукой, она выпустила стрелу. Со свистом та вылетела, угодив в край круга.

– Хотя бы так, – буркнул Пахакар, оценив выстрел.

– Плохо, – послышался голос стоящей неподалеку от Тариссы голос Валерии. Или уже Миранды.