Другая земля. Пианистка

– Дело в том, что рано утром в мою спальню явился Мэйтанус. На редкость тихий. Учитывая, что он пил на досуге, не буйствовал. Распорядился выпустить тебя, как только покинет Минтараль. И ещё приказал как можно быстрее Тариссе и тебе прибыть в Долгат. Там, во дворце, её ожидает супруг с небезызвестным тебе Алоисом Кунелли.

– Что? – Валерия открыла рот. Сердце её забилось часто. Император дарит ей свидание с Алоисом! Она увидит Алоиса!

– По глазам вижу, что уже предвкушаешь встречу с ним. А я думал, ты его уже забыла.

Лиам улыбался. Искренне и непринужденно.

– Я могу пойти в свою комнату? Я могу собирать вещи? – нетерпеливо уточнила Валерия, поднявшись со скамейки.

Верховный шаман медлил с ответом. Он прошёлся по «камере», меряя её шагами. Периодически он поглядывал на Валерию, но тут же опускал взгляд на пол, застелённый соломой, затем снова на Валерию.

– Обидели тебя здесь хоть раз, Валерия? Кто-нибудь посягал на твою честь и достоинство во время твоего пребывания в Минтарале? Подумай хорошенько, прежде чем ответить мне.

Валерия в недоумении приподняла бровь. Шаман желал услышать лишь лестные отзывы о своем гостеприимстве. А что, собственно, она плохого может сказать о его резиденции? Никто её не травил, не стрелял в спину, не душил и не натравливал волков.

– Лиам, Вы на редкость гостеприимный хозяин. Многие знают о Вашей доброте и восхваляют гостеприимство. К счастью для себя я в полной мере оценила это всецело. Мне было очень уютно в Вашем доме.

– Рад слышать, – наклонил голову в сторону Лиам, как будто вслушиваясь в речи Валерии. Он будто хотел услышать в тоне девушки насмешку, лесть. Но не расслышал. Слова шли от души. К чему Валерии лгать?

– Так я могу идти? Очень соскучилась по Салливану. Моё заточение подходит к концу? – снова уточнила Валерия, взяв зачем-то шамана за руку.

– Девочка моя, у тебя будет достаточно времени, чтобы пообщаться с Салливаном, – как-то пространно ответил Лиам. Он в упор смотрел на Валерию, словно в другое время не мог завести этот разговор, так нужный им обоим.

– Я знаю, насколько сильно ты любишь своего отца. Простишь ли ты меня за мою любовь к твоей матери?

– Я не желаю говорить об этом, Лиам, – крепко сжала ладонь Лиама девушка, даже не помедлив с ответом, ибо он был уже давно заготовлен, – за столь долгое время я привыкла к её замужеству и не желаю копаться в причинах. Пусть она будет счастлива. А Вам я желаю терпения, Лиам.