Дядюшка в законе

– Ничего! – успокоил ее Алешка. – Сейчас лето. Морозов и метелей нет.

– И бородатые партизаны Давыдова нас не донимают, – поддержал его папа, занося чемодан.

Тут, как показало ближайшее будущее, он оказался не совсем прав. Партизаны, правда, нас не донимали, но нашлись враги пострашнее… Впрочем, не будем забегать вперед, а, как говорит наша классная, разложим все по полочкам…

В домике было две комнаты, каждая размером чуть побольше вагонного купе. В одной из них стоял холодильник, а на нем – телевизор.

В комнате родителей были нормальные кровати, а между ними – узенькая тумбочка с ночником на ней. И встроенный платяной шкаф.

– Лубяная, ледяная, – проворчала мама и стала разбирать вещи. – Мы как карандаши в одном пенале!

– Как спички в одном коробке! – подхватил Алешка.

– Как патроны в одной обойме! – грозно добавил папа.

А я ничего остроумного придумать не смог. Только подумал, что нашей дружной семье никакие коробки и пеналы не испортят настроения…

Наутро, как обычно, когда мы с папой едем отдыхать, ему позвонили из его любимого Интерпола и вызвали на работу.

А папа как будто знал об этом. Он сказал:

– Машину я оставляю вам, все равно ни у кого из вас нет прав на вождение… Лодку я вам оплатил на весь месяц, но с одним условием – в плавание выходить только в спасательных жилетах! И еще одно условие – всю рыбу в озере не вылавливать, оставить немного и мне.

Мы, конечно, пообещали – нам не трудно, и пошли проводить папу до ворот. Мы с Алешкой шли впереди, а родители сзади и все время вспоминали свою молодость.

– А вот под этой березой, – вздыхая, говорила мама, – мы прятались с тобой от дождя. И ты зачем-то держал надо мной раскрытый зонтик.

– Ага! – радостно соглашался папа. – Не было у нас никакого зонтика. Я держал над тобой свою форменную фуражку. И не под этой березой, а под тем кленом…

– Конечно, – грустно возражала мама, – прошло больше пятнадцати лет. За это время ты многое забыл. Нашу березу, мой зонтик, летний дождь…

Они чуть не поссорились на прощанье из-за несходства своих трогательных воспоминаний.