Моя обитель

Эвелин резко открыла дверь, чем всполошила мирно сидящих и скучающих за своими столами помощников комиссара. Она любила несколько мгновений после, когда люди начинали суетливо трогать документы, перекладывать их и делать вид, что чем-то заняты. Это забавляло её каждый раз, но вместе с тем вызывало чувство брезгливости: не работники, а лишний элемент, проедающий деньги из казны.

Она стремительно прошла через просторный зал с помощниками и без стука вошла в кабинет комиссара.

Тучный, лысеющий мужчина, развалившись в кресле, с аппетитом уплетал свой бутерброд. Крошки сыпались на его рубашку, что держалась исключительно на силе крохотных пуговичек и благословении Создателя. Хотя Эвелин показалось, что если комиссар сделает полноценный вдох, то его огромный живот окажется на свободе и спасется от власти одежды.

– Господин Хадвин, – скучающе произнесла Эвелин, – вы хотели меня видеть?

– Дорогуша, – он на секунду поднял на неё глаза и снова вернулся к трапезе, – мне доложили, что ты опять нарушаешь покой мирных жителей.

За это полагается штраф, ты же знаешь?

– Голословное утверждение. Свидетели? Кто видел? Когда? – спокойно произнесла женщина, скрестила руки на груди и подперла плечом дверной косяк.

– Всё есть. Лежит в деле, – Хадвин небрежно бросил остатки бутерброда на тарелку и вытер руки о лежащий рядом платок.

– Могу я взглянуть? – она с вызовом посмотрела ему в глаза.

– Конечно, нет. Там имена стражников, что были в городском патруле. Им ни к чему неприятности.

– Нет имен – нет штрафа, – дерзко ответила воительница и усмехнулась.

– Дорогуша, не вынуждай меня… – его тон стал мягче, а глаза заблестели хитрыми искорками.

– Хадвин… – пропела Эвелин, закрыла за собой всё ещё открытую дверь, отрезая возможность продолжать подслушивать работникам, а потом подошла к столу и сверху вниз грозно глянула на комиссара.

 – Я недавно приносила тебе оговоренную сумму монет.

– Это было за прошлый месяц, – он бесстрастно на неё посмотрел в ответ. – Я закрыл глаза на твои «маленькие» нарушения, позволил тебе продолжать работать в моем городе…

– В городе нашего правителя, – поправила его Эвелин, – а не в твоем…

– Перебивать невежливо, – упрекнул её мужчина.

– Брать такие суммы за незначительные деяния тоже! – парировала она.