Дикое поле

– А хочешь, – решился англичанин, – хочешь, долю дам в прибыли?! Не вечно же мне плавать! Осядем потом где-нибудь в Блэкпуле, подальше от штормов. Купим крепкие дома, женимся, заведем дети…

– И когда вы собираетесь осесть на берегу, сэр Артур? – неожиданно перебил его Тирц.

– Ну, – оживился купец. – Лет двадцать еще, я думаю, попутешествовать придется, пока капитал собьем. А потом…

– Двадцать, – кивнул русский, – что же, это вполне достаточный срок.

– Ты согласен? – несколько даже удивился Вильсон легкости победы.

– Двадцать лет… – задумчиво повторил наемник. – Лет десять понадобится, чтобы разорить. Года два-три на завоевание. Еще лет пять на подавление сопротивления и исламизацию страны. Ну, еще пару лет накинем для подстраховки… Пожалуй, что так. Так вот, сэр Артур. Думаю, лет через двадцать вы узнаете, что такой страны, как Россия, больше не существует, что русский язык, который вы так старательно учили, нужен людям не более, чем древняя латынь, а вместо Москвы на картах появится какая-нибудь Нью-Анкара.

И это будет означать, что я закончил свою работу и готов приехать в Блэкпул отдохнуть. Договорились?

– Но почему, – первый раз за все время не выдержал англичанин, – почему ты думаешь, что тебе удастся справиться с Московией? Что у тебя есть, кроме старой кирасы и одного меча?!

– Вы все еще не понимаете самого главного, сэр Артур, – впервые за год широко и дружелюбно улыбнулся русский. – Самое главное – это не порох и железо.

Самое главное у человека находится здесь, – он выразительно постучал пальцем себе по виску. – А здесь у меня лишних четыреста пятьдесят лет.

* * *

Вильсону повезло – ветер дул с моря, поэтому в узкую и длинную бухту Чембало неф смог войти сам, без весельного буксира. А значит, в кармане купца сохранилась еще пара золотых монет. Оставив на мачтах по одному нижнему прямому парусу, судно неспешно проскользило под темными пушечными стволами охраняющей вход в бухту крепости и бросило якорь вблизи вытянувшихся от берега причалов.

Теперь предстояло встретиться с начальником порта, получить разрешение на стоянку и разгрузку, на торговлю в городе. Никаких трудностей с этим англичанин не ожидал. Среди купцов хорошие вести распространяются быстро, и Вильсон знал, что несколько лет назад султан казнил за взяточничество тридцать тысяч своих беков, и теперь османские чиновники честны и исполнительны как никогда.